Наш Президент на саммите БРИКС: мир входит в эпоху «Великой фрагментации», а Казахстан предлагает соединять, а не разделять Сегодня в Нью-Дели Президент Касым-Жомарт Токаев выступил на саммите БРИКС+. Один из его главных тезисов выступления — мир становится все более фрагментированным. Геополитическая конфронтация усиливается, растут военные расходы и торговые барьеры, ослабевают многосторонние институты. По данным Global Peace Index 2026, экономический ущерб от насилия в 2025 году достиг $21,8 трлн — 10,5% мирового ВВП. На этом фоне Казахстан предлагает свою повестку: диалог вместо конфронтации, сильная ООН, большая роль средних держав и практическое экономическое сотрудничество. И цифры наш Лидер приводит серьезные. Товарооборот Казахстана со странами и партнерами БРИКС в 2025 году составил около $72 млрд. Отдельный акцент был сделан на транзит. Через Казахстан в прошлом году прошло почти 40 млн тонн транзитных грузов, долгосрочная цель — 100 млн тонн. При этом наша транспортная сеть уже обеспечивает до 85% сухопутных перевозок между Китаем и Европой. «В рамках Транскаспийского международного транспортного маршрута Казахстан выступает связующим звеном между Азией и Европой через Каспийское море. Дальнейшая синергия этого важнейшего транспортного маршрута с инициативой «Один пояс, один путь» и Международным транспортным коридором «Север – Юг» позволит сформировать более интегрированную и устойчивую евразийскую транспортную сеть. В этой связи приветствую предложенную Индией Рамочную программу БРИКС по сотрудничеству в сфере логистики и цепочек поставок, поскольку она может способствовать развитию практического сотрудничества в рамках «БРИКС плюс»,– сказал Касым-Жомарт Токаев. Еще одна важная инициатива Токаева — создать Партнерство БРИКС+ в сфере искусственного интеллекта, объединив национальные центры ИИ, лаборатории и научные проекты. То есть Токаев озвучил абсолютно выверенную позицию Казахстана: не выбирать между центрами силы, а связывать их — торговлей, транспортом, технологиями и дипломатией. Для страны, расположенной между крупнейшими рынками Евразии, такая роль выглядит не просто внешнеполитической формулой, а вполне конкретной экономической стратегией.