Часть 2. 22 октября 2025 года Арбитражный суд Якутии встал на сторону Фонда. Победа? На бумаге — да. На практике - 5 июня 2026 года по ООО «Аркан» появилось заявление о банкротстве на 46,7 млн рублей. То есть, Фонд выиграл суд у компании с нулевой выручкой, большим убытком и банкротным делом. Иными словами 46,7 млн казенных денег ушли безвозвратно. Параллельно сам фонд оказался должником. ООО «Север-Строй» потребовало с Фонда 15,49 млн рублей за дополнительные строительные работы по договору подряда от 28 декабря 2023 года. 15 октября 2025 года фонд заключил мировое соглашение и признал долг, обязался платить частями в 2026 году, а также возместить стоимость экспертизы — 280 тысяч рублей. Но уже 11 февраля 2026 года «Север-Строй» попросил суд выдать исполнительный лист на принудительное исполнение мирового соглашения. 13 февраля суд это заявление удовлетворил. А теперь логичный финал: 16 июня «Север-Строй» подал заявление о банкротстве самого Фонда. И вот картина маслом. Фонд взыскивает почти 46 млн рублей с «Аркана». «Аркан» сам идет к банкротству. «Север-Строй» взыскивает 15 млн рублей с фонда. Теперь уже Фонд идет к банкротству. И подобная мутная история с такими Фондами не только в Анабаре. В Таттинском улусе прокурор уже добился признания недействительным соглашения между администрацией и местным Фондом развития на 7,49 млн рублей. Деньги фонд должен вернуть в бюджет. В Сунтарском улусе прокуратура оспаривает сделки местного Фонда развития с ООО «Форс»: договор займа, залог и прощение долга. Цена вопроса — 393,54 млн рублей в пользу администрации района. В Верхневилюйском улусе ТР ранее также обращало внимание на вопросы к местному фонду развития на фоне историй с районными деньгами и подрядчиками - предоставлял кредиты без должных требований их возврата. PS История Анабарского фонда — не исключение, а симптом. В Анабаре, Верхневилюйске, Татте и Сунтаре вокруг таких «фондов развития» снова и снова всплывают одни и те же вопросы: кто дал деньги, кто ими распорядился, кому выдали займы, кому простили долги, почему жители узнают об этом только из судов и прокурорских исков. На бумаге — развитие улусов. На практике — мутные кассы рядом с администрациями, которым явно нужен жесткий контроль. Но, судя по делам, контроль приходит слишком поздно — когда деньги уже ушли, материалы исчезли, подрядчики банкротятся, а сами фонды становятся должниками. Если у вас плохо прогружаются видео и фото, все новости ТОРБОЗНОГО РАДИО также доступны в канале MAX 📲, ДЗЕН 📝 и ВКонтакте 💙