https://www.kommersant.ru/doc/4117325 - 2019-й год, я подопнул госведомство, что на 10 косарей сложно прожить даже экстремисту Упоминание о законопроекте Росфинмониторинга содержится в письме из управления администрации президента РФ по работе с обращениями граждан (есть в распоряжении “Ъ”), которое 2 октября получил журналист, главный редактор портала Roem.ru Юрий Синодов. Ранее, в сентябре 2019 года, он написал в администрацию президента письмо, где предложил повысить лимит денежных средств, доступных фигурантам списка Росфинмониторинга. Согласно ФЗ-115 «О противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Росфинмониторинг должен вести «Перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму». Сейчас в этом списке более 9 тыс. россиян, на сайте ведомства он озаглавлен как «Перечень террористов и экстремистов». У фигурантов списка блокируются все счета и карты. Из своей зарплаты они могут ежемесячно получать не более 10 тыс. руб. на одного члена семьи. «Эта сумма была установлена в 2013 году и с тех пор никак не изменялась, хотя рубль за то же время подешевел практически вдвое. Получается, что наказание все ужесточается и ужесточается, хотя буквы те же. Мне это кажется не очень корректным, поэтому я и решил написать письмо в администрацию президента»,— сказал “Ъ” Юрий Синодов. Законопроект о том, что сумма доступных средств для экстремистов становится равна региональному МРОТ — в итоге оказался внесён в 2024-м году, а вступил в силу — с начала 2025-го года. Прошло пять лет с тех пор как на это кто-то публично обратил внимание, и при этом ведомство ответило вполне конструктивно. И вот мы здесь — сумма была увеличена. Например, сейчас это послабление относится к Татьяне Монтян. Как вы знаете, у нас в отрасли есть куча своих посаженных. Я всё время думаю, когда интересуюсь бытом заключённых, об Андрее Бабушкине — человек в СПЧ отвечал за права заключённых, не был кабинетным правозащитником ни разу, ездил по тюрьмам, помогал тем, кто его о чём-то просил, а контингент-то был тот ещё — например один из тех, кому он помогал, пришёл к нему домой, где была только старушка мама и убил её. И то он не стал использовать своё служебное положение (а он был известен всем полицейским и ФСИновцам страны), сказал что пусть всё будет с убийцей по закону, и продолжал-продолжал свою деятельность, пока не умер, фактически, на рабочем месте. Насколько же это тяжело, наверное, помогать тем, кто находится в совершенно других социальных стратах, вникать в их проблемы, даже просто общаться многим — уже непросто. Очень жаль, что Бабушкина уже нет с нами, таких людей нам очень не хватает