Сегодня в полночь подорожают билеты на презентацию новой лучшей книги «Стихи для мамы». Две недели до презентации, а половина сидячих мест уже раскуплена. Так что если вы тянули, то не тяните. Вот в таком уюте мы с вами соберемся на «Фонтанке-69», почитаю самые добрые свои стихи. Возрастное ограничение 16+, в сопровождении родителей без возрастных ограничений. БИЛЕТЫ
Сегодня 20 лет со дня убийства Тимура Качаравы. Уже 20… Положил цветы к «Буквоеду», немного цветов там уже есть. Люди пойдут с работ, принесут ещё. Каждый год несут. Не забыли. Как и обещали.
ИОСИФ БРОДСКИЙ Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером подышать свежим воздухом, веющим с океана. Закат догорал в партере китайским веером, и туча клубилась, как крышка концертного фортепьяно. Четверть века назад ты питала пристрастье к люля и к финикам, рисовала тушью в блокноте, немножко пела, развлекалась со мной; но потом сошлась с инженером-химиком и, судя по письмам, чудовищно поглупела. Теперь тебя видят в церквях в провинции и в метрополии на панихидах по общим друзьям, идущих теперь сплошною чередой; и я рад, что на свете есть расстоянья более немыслимые, чем между тобой и мною. Не пойми меня дурно. С твоим голосом, телом, именем ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил, но забыть одну жизнь — человеку нужна, как минимум, еще одна жизнь. И я эту долю прожил. Повезло и тебе: где еще, кроме разве что фотографии, ты пребудешь всегда без морщин, молода, весела, глумлива? Ибо время, столкнувшись с памятью, узнает о своем бесправии. Я курю в темноте и вдыхаю гнилье отлива. 1989 г.
С каждым днем все тяжелее вставать. Проснулся в 9, а на улице ещё ночь, лег обратно. В 10 картина не поменялась. Да и сейчас не то, чтобы приятно. Сильно благодарен себе и судьбе за то, что мне никогда никуда не надо к какому-то конкретному времени. Впрочем, чтобы так организовать свою жизнь, когда-то мне все равно приходилось вставать тогда, когда не хочется и идти туда, куда не хочется. Но вот в итоге пришел, куда надо. Так что всем сил и терпения! Скоро зима, там поуютнее должно быть. А потом вообще весна, там уже солнце.
+5
Хэллоуин на пленке
Я вчера первый раз вдумчиво поиграл в Red dead redemption. И это просто невероятная восторженность предельного кайфа. В 10 вечера сел поиграть, в четыре утра пришел в себя, сижу у костра, патроны нарезаю… И это я еще даже миссии толком не начал проходить. Но как же хорошо, что в моем детстве таких игр не было. Я все эти вселенные сам создавал с игрушечными ковбоями. Если бы мне дали в такую игру поиграть в 6 лет, так фантазия бы заморозилась, и я бы ни одного текста не написал, наверное. Это не старческое брюзжание. Я уверен, что у нынешних детей моторика мозга совсем иная, чем была у меня, и они отлично играют в супер-игры, при этом развивая воображение и фантазию. Но за себя я очень рад, что у меня в детстве Red dead redemption не было.
Что мне в том, что виновных нет и что все прямо и просто одно из другого выходит, и что я это знаю - мне надо возмездие, иначе ведь я истреблю себя. И возмездие не в бесконечности где-нибудь и когда-нибудь, а здесь уже на земле, и чтоб я его сам увидал. Я веровал, я хочу сам и видеть, а если к тому часу буду уже мертв, то пусть воскресят меня, ибо если все без меня произойдет, то будет слишком обидно. Не для того же я страдал, чтобы собой, злодействами и страданиями моими унавозить кому-то будущую гармонию. Я хочу видеть своими глазами, как лань ляжет подле льва и как зарезанный встанет и обнимется с убившим его. Я хочу быть тут, когда все вдруг узнают, для чего все так было. С др, кароч!
Обнаружен крутейший сплит 1989-го года. На первой стороне Napalm Death — You Suffer, на второй стороне Electro Hippies — Mega-Armageddon Death Part 3. Релиз длится около двух секунд. Вот тут можно полностью послушать. Песня Napalm Death включена Rolling Stone в список ста величайших металл-песен всех времен.
Продолжаем пополнение коллекции, которое никогда не закончится, моим внукам ещё всё это на помойку выносить. Приобретено московско-петербургское скримо Lost Generation, Last Revolution. Однажды был у ребят на концерте, очень приятные, солист голову микрофоном разбил, всё, как в моей молодости, как при бабушке. Кассету пока не слушал, но названия песен душу греют, конечно, «Золото сельди под шубой», «Деревня ложных показаний», «Всратый по жизни». Чувствуются руки мастеров. Вообще, сейчас много хорошего скримо. Недавно наткнулся на севастопольскую группу «Хоккей по субботам» (эти гении позиционируют свой стиль как СКРЫМО), очень достойно. У них там оупен-эйры на прекрасном мысе Фиолент, где под шум Черного моря юноши в шлёпанцах играют грустную музыку Среднего Запада.
Говорят, умер Эрик Булатов. Ему было 92 года. В айфоне нашёл только одну его картину. Хотя видел больше, конечно. Очевидно, забывал фотографировать. Хороший художник, которого хочется не фотографировать, а смотреть.
ЧТО: Максим Тесли. Презентация книги «Стихи для мамы» ГДЕ: Фонтанка-69, наб. р. Фонтанки, д. 69 КОГДА: 29 ноября, сбор в 18:00, начало в 19:00 БИЛЕТЫ Собрал самые добрые и самые лирические стихи за все 11 лет. Никакого насилия, смерти, тоски и безумия. Только любовь, красота, природа и свет. Вполне логично на презентации книги почитаю стихи из этой книги. Это будет уютно. Это будет по-семейному. А как ещё. Стихи же для мамы.
Парадки Петроградки
Я поесть люблю. Раньше я считал это чем-то мещанским и недостойным. Но с возрастом осознал, что еда — круто. Иногда какое-то блюдо может дать столько же кайфа, сколько хорошая беседа, интересная книга или прогулка в горы. Я иногда начинаю петь, когда вкусно ем. И танцевать даже немного.
Обнаружив недавно, что у меня в библиотеке есть книга, принадлежавшая Леониду Борисову, я решил поближе познакомится с его творчеством, и заказал книгу с пошлейшим названием «За круглым столом прошлого» (впрочем, у него же есть и «Утро обещает» и даже «Повесть о моих друзьях»), 1971 год, тираж обычный для тех времен, 100 000. Написано всё особым языком советских интеллигентов, сейчас ещё немного таких осталось, общение с ними, в разумных пределах, может быть очень приятным. Что делает ему честь, Борисов не преувеличивает своей роли в истории литературы, например, вспоминая о встрече с Есениным дома у общего друга, честно признается, что Есенин его, кажется, даже не заметил. Впрочем, с Блоком они были близки, судя по всему, и почти уверен, что в каких-то блоковских мемуарах я Борисова встречал. Много моего любимого второго эшелона: Пяст, Нельдихен, Олимпов. О них автор говорит сильно ненапряжнее и интереснее, чем о звездах. Понятно, что книга писалась с оглядкой на цензуру, Гумилева, тогда ещё не реабилитированного, называет «один большой русский поэт», учивший сочинять стихи в Доме искусств. Гомосексуальность Клюева вуалируется пассажем о том, что Клюев не читал в обществе дам, а если их было больше пяти, то вообще уходил с тусовки. Впрочем, не создается ощущения, что Борисов прямо уж жесткий конъюнктурщик и хвалит и ругает только то, что надо. Он достаточно тепло отзывается о некоторых эмигрантах и никого из неугодных не валит, ну, немного Северянина, и то, это что-то личное, а не гос. заказ. Нашел несколько деталей, которых не знал, например, про обстановку ресторана «Вена», который фигурирует в одной моей экскурсии. Воспользуюсь. В целом, это приятная книга, с вот этим, как уже говорилось, советским интеллигентским вайбом. Писалось их много в те времена, но читать некоторые совершенно невозможно, Борисов же читается легко и интересно. Надо ещё что-нибудь почитать.