Сходил вчера на «Хрусталев, машину!». Совсем недавно умер Юрий Цурило, сыгравший главную роль, его памяти посвятили показ на «Ленфильме», подумал, что надо наконец-то увидеть то, про что так много слышал, в основном, нечленораздельное. Пошел, не зная ни сюжета, ни истории создания. Сначала было жестко. Говорят, что на Каннском фестивале иностранцы уходили из зала, не в силах понять, что происходит на экране. Первые минут 30 у меня тоже было ощущение борьбы, с реальностью и самим собой. Но этот фильм из тех, что надо заставлять себя смотреть, просто, чтобы не оскотиниться и оставить себе право назваться человеком (когда-нибудь у меня получится увидеть «Иди и смотри»). После часа я уже понимал происходящее. Это самое страшное, кстати. Когда происходит что-то невероятно страшное, гнусное, а у тебя есть этому объяснение. Дважды или трижды за фильм я отворачивался от экрана или закрывал глаза. На второй час никакой реальности, кроме германовской уже не существовало, и нашей, зрительской задачей было уже просто выжить. Мы выжили. Зал (полный, кстати) аплодировал. Подытоживая, это очень страшный фильм. Утрированный, конечно. Но он и не про внешнюю жизнь, а про что-то внутреннее, про наше вечное всепрощение, фатализм, в самом плохом смысле, готовность отдаться судьбе и обстоятельствам. И, наверное, про то самое выдавливание раба, о чем в фильме не говорится, но именно поэтому это и главный посыл. Если говорить о художественном языке, то это абсолютно несвязные реплики (диалогами это трудно назвать (хотя опять же, после первой половины фильма, понимание уже происходит)), нелогичные переходы, ничем не мотивированное поведение героев, при невероятно красивой картинке, абсолютно точно не нашего времени и даже не времени Германа, а именно оттуда, из 50-х. Нигде я не встречал такого многослойного звука, будто создающего ещё одну реальность, куда иногда вываливаешься из картинки. Актеры каким-то образом не просто сыграли людей 50-х, а стали ими, этими людьми с кинохроники. Периодически радостно узнавал знакомые лица: Хабенский, Гаркуша (полсекунды в кадре, но я узнал), Лыков, голос Сухорукова, Баширова просто обожаю всей душой, ну и для меня отдельным кайфом стало появление Дмитрия Александровича Пригова. Я увидел очень много пересечений с «Зеленым слоником». У Басковой меньше возможностей и художественных средств, но, в целом, они с Германом говорят об одном и том же. «Слоник», конечно, в первую очередь, трагикомедия, и смешного там очень много, в «Хрусталеве» поводов улыбнуться не так много (хотя они и есть), но я бы все равно поставил эти фильмы рядом. Я бы назвал этот фильм классическим и нужным. И я его пересмотрю.