Максим Тесли

Узнал, что фотограф, который снимал обстановку номера после самоубийства Есенина, а также его тело после вскрытия в Обуховской больнице, жил в доме ровно напротив меня. Если бы сто лет назад я жил бы в этом же доме, где живу сейчас, то встретил бы его, допустим, в гастрономе на углу Некрасова и Восстания, да так, по-соседски, спросил бы: — Что, Владимир Владимирович, что нового у Вас? — Да вот, Максим Сергеевич,— ответил бы он,— снимал, не поверите, Есенина в «Англетере», слышали про эту историю, конечно. — Ну, конечно, слышал, мне Анатолий Борисович (это я про Мариенгофа, мы с ним дружим, он тоже, кстати, #нарайоне живет, на Кирочной, в этот же универмаг ходит) рассказал. Жутко, жутко... Ну и так бы мы потрещали потом о бытовом всяком, да пошли в сторону дома, мы ж напротив друг друга живем.