Совершенно случайно (но случайности не случайны) попали вчера на премьеру фильма «Высокая вода» об Анатолии Белкине. К стыду своему, про Белкина я «что-то слышал», то есть, видел его работы и в Эрарте и в Эрмитаже, во время пандемии был популярен формат онлайн-мероприятий, так я готовил корюшку с Белкиным и Лурье по видеосвязи (они так напились тогда, любо-дорого), но никогда не вдавался в масштаб и важность фигуры. Фильм это исправил. Отлично рассказанная история неофициального искусства, отлично показанная история страны и город Белкина. Как и в книге Лурье есть пересечения с сегодняшним днем, а значит опыт и наука. После показа встал в очередь за автографом, чего никогда не делал, кроме концерта Converge, но тут не удержался. — Какая интересная фамилия,— сказал Белкин. Я почему-то растерялся, стал говорить, что это фамилия литовская (хотя на само деле латышская), слава Богу, никаких историй про предков не стал выдумывать. Сказать бы: «Это псевдоним, Анатолий Павлович. Я поэт, поэтому мне нужен псевдоним!», забраться на стол и начать читать стихи, чтобы совсем уже прослыть городским сумасшедшим, и чтобы меня в «Аврору» больше не пускали. Впрочем, я почувствовал столько общих вайбов с этим человеком, что, чувствую, мы ещё встретимся в спокойной обстановке, и я расскажу ему и про псевдоним, и стихов почитаю. И заодно афишу подпишу правильно: «Для Максима и Анастасии», а то вчера эго и гордыня опять застилали мне глаза и я думал о том, как на аукционе через 50 лет поднять цену этой афиши, чтобы внуки мои жили безбедно.