The Гращенков

Избирателям, возможно, интересна левая, но точно не левацкая и не патерналистская повестка. Ведь это прежде всего ответственность государства перед человеком. Государство действительно сервис, но не только сервис. Мы создаем его вместе, отдаем ему часть своих доходов, прав и возможностей, несем общую нагрузку. Значит, вправе требовать защиты от жизненных рисков, равенства возможностей и понятных правил. Коллективизм при этом бывает разным. Советский вариант – когда все ходят строем, а государство решает, как правильно жить, работать и думать. Но существует и другой – комьюнитаризм свободных сообществ. Люди объединяются вокруг дома, города, профессии, бизнеса или общей проблемы и сами определяют, что для них важно. Примерно так устроена значительная часть европейской социальной модели. «Новые люди» когда-то именно с этим и заходили в политику. Не с идеей одинокого человека, которому никто ничего не должен, а с идеей сообществ, самоорганизации и взаимной поддержки. Сейчас эту линию можно было бы развить в современную левую повестку. Тем более что Россия и Европа движутся навстречу друг другу с разных сторон. Европа за последние десятилетия сильно полевела и теперь совершает правый поворот. Россия, напротив, экономически и социально остается очень правой страной – и постепенно начинает поворачивать влево. Но этот поворот не обязательно должен вести к еще большему государству. Бесконечные выплаты для стимулирования рождаемости, лояльности, переезда, голосования или чего угодно – это не социальная справедливость. Это патернализм: власть сама выбирает достойных помощи и назначает им цену. Настоящая справедливость требует не только больше социальных гарантий, но и больше демократии. Не чиновник должен единолично решать, кому, сколько и за что положено. Люди сами должны участвовать в определении приоритетов – через местное самоуправление, профессиональные объединения, независимые профсоюзы, сообщества родителей, предпринимателей, самозанятых и жителей городов. Новые левые – это не возвращение в СССР. Это ответственность государства без всевластия. Солидарность без уравниловки. Сообщества без строя. Поддержка человека без превращения его в просителя. И главное – справедливость, которую не спускают сверху. Потому что если власть единолично определяет, что справедливо, то это уже не справедливость, а очередная форма управления. Это та повестка, которая долгие годы не было востребована, но сейчас может стать топовой темой. Благодаря тому, что защищаться от прилетов БПЛА, лучше коллективно, как и искать дефицитный бензин или создавать коллективный VPN. Наша власть умеет объединять людей.