ПУЛ Telegram

Я не могла не написать про товарища Дрозденко и его шедевральное: «А что ты сделал для того, чтоб мы приблизили победу». Если убрать очевидную оторванность от внутреннего электората, возникает более простой и человеческий вопрос. Любой человек, который живет в Ленинградской области, остро отреагирует на перебои с интернетом, потому что это уже давно наш базовый минимум: работа зависит от связи, коммуникация требует стабильности, координация процессов, в том числе волонтерских, невозможна без доступа к сети. К слову, буквально вчера я разговаривала с волонтерами, и они рассказывали, насколько болезненно на их работе сказалось замедление того же Telegram. Вспоминаю 2016 год и трагедию над Синаем, когда погибли жители Спб и ЛО. Полтавченко с командой с первых часов находился на месте, а мы, как любой отдел политики в редакции, сразу начали проверять, где находятся остальные чиновники. И где в этот момент был Дрозденко? Правильно, во Франции у дочери. Я это очень хорошо запомнила, потому что первыми об этом узнали мои ребята. Позже он вернулся, появился в оперштабах, но помню какое первое впечатление сложилось у меня, да и не только. Потом, после резонанса в СМИ, конечно, он вернулся. Это, в том числе, к разговору о патриотизме. Поэтому сегодняшнее заявление я воспринимаю на уровне знакомых формулировок: «Как поплавали?» «А что ты сделала, чтобы он тебя не бил?» И, как показывает практика, авторы таких фраз потом за них отвечали.