«Киевский процесс» / The Kiev Trial, реж. Сергей Лозница Смотреть на Vimeo (платно) Монтажный фильм о «Киевском Нюрнберге», вероятно, и в 2022-м, и сейчас пробуждает внутри мучительное, двойственное переживание. С одной стороны, перед нами иллюстрация наивысшей формы социальной справедливости. С другой стороны, это суд, отражающий торжество победителя и разыгранный по его правилам. Сергей Лозница не занимается реконструкцией Киевского судебного процесса 1946 года — он монтирует отрывки из разных заседаний особым образом. Пере нами 15 фашистов, каждый признаётся в различных преступлениях против мира и человечества. Только это не обычный суд, а правовое шоу (см. «Дела cудебные»). Процесс был, скажем так, срежиссирован: вопросы готовились заранее, ответы подсудимые читали с листа. Монтаж выстроен не хронологически, а исходя из канонов фильмов ужасов. Кошмар происходящей в Украине «работы», как называет убийства один из подсудимых, планомерно нарастает. Сначала немцы теряются в бюрократии и нюансах регламента, но во второй половине выступают выжившие из разных регионов страны. Здесь убрать от экранов женщин и детей — меньшее, что можно сделать, чтобы сохранить психику. Перед нами хроника почти 80-летней давности, однако саунд-дизайн заставляет в этом усомниться. Скрип деревянных стульев, дыхание прокурора, тяжёлые вздохи и всхлипы присутствующих в зале людей — всё это слышно так отчётливо, будто эти люди находятся в непосредственной близости. Эти звуковые детали не позволяют картине превратиться в немой документ, протягивая руку зрителю, который способен на эмпатию. Хладнокровие убийц в совокупности с полным отсутствием раскаяния поражает. Никто, как и в случае Нюрнберга, не признал выдвинутые обвинения. В другой вселенной это могли быть безликие архивные видео, но только не у Лозницы. Вот один из обвиняемых рассказывает, сколько десятков людей он убил лично. Другой объясняет, почему расстреливал сирот: «Им трудно было существовать без родителей». Третий переносит ответственность на начальство: «Я выполнял приказ». Оправдание моральных уродов в любую эпоху. Заканчивается кино, как и в реальности, публичной казнью. Посмотреть на исполнение приговора на площади Калинина собрался, кажется, весь город. Толпа дружно хлопает тому, как 15 живых людей превращаются в мёртвых. Спектакль завершён, государство в очередной раз закрепило монополию на насилие. История ещё не раз об этом напомнит.