Позвольте, Печорин, вас разгадать. «ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ?» в Театре Гоголя Было бы громадной ошибкой не поставить «Героя нашего времени» в Театре Гоголя, когда у них есть Андрей Финягин. Попаданием в десятку стало приглашение его, одаренного необычной отрицательной сценической харизмой, на роль Печорина. Вообще не покидает ощущение, что Финягин долго шел именно к этому театру, к этому режиссеру, и к этой роли. Актёру выпал счастливый шанс поработать с Антоном Яковлевым - человеком, воплощающим современный тип режиссёрского мышления, умеющего по умному и красиво сочетать классику и смелые эксперименты таким образом, что они глубоко резонируют с нынешним зрителем. Спектакль начинается нестандартно. Поэт-неудачник решается уйти в мир иной по причине, что мир пресен, скучен и предсказуем. В последние минуты жизни он внезапно вспоминает любимого литературного героя Печорина. Вот тогда - кипела жизнь, бурлили страсти, а ему выпала неудачная эпоха! Поэт нажимает на курок, но… выясняется, что после смерти есть жизнь. По крайней мере, он попадает не в ад, и не в рай, а в руки загадочному магу Апфельбауму. «Давай сыграем в игру, - предлагает он. – Ты восторгался Печориным, ты мечтал жить в том времени, завидовал его жизни. Так побудь им!». Маг носит цилиндр, фрак с фалдами, глаз не видно за темными очками, всё это невольно вызывает прямые ассоциации с Воландом. Этот выстрел становится «входным билетом» в мир лермонтовского романа, и поэт в буквальном смысле проваливается в роман. Сама по себе коллизия «попаданца» из другой эпохи в чужой сюжет - прием не новый, однако здесь он работает как увлекательный интертекстуальный механизм. Антон Яковлев сталкивает текст первоисточника с сознанием современного человека именно через интертекстуальность. В роман Лермонтова попадает наш современник, границы между «сейчас» и «тогда» стираются, и классика переживается глубоко и как свой собственный почти мистический опыт. Опыт странный, парадоксальный, но, безусловно, захватывающий. Андрей Финягин воплощает эту двойную роль блестяще. Поэт становится Печориным не для того, чтобы переписать сюжет. Маг (Андрей Кондратьев) сразу предупреждает его, что это невозможно – изменить чужую судьбу никак нельзя. Ситуации, диалоги, герои - все уже задано лермонтовским текстом. Рок, фатум – называйте, как хотите – все предопределено. Попаданцу остается лишь «стать» Печориным и перепрожить чужую жизнь. При этом «игра в Печорина» не может запретить ему выключить личные живые чувства и реакции, потому что касательно собственной жизни, человек и волен, и способен поступать и реагировать как ему хочется. В основе драматургии лежит еще и принцип палимпсеста. В спектакле «реальность Поэта», «реальность лермонтовского романа» и «театр Мага» накладываются друг на друга. Границы между ними невидимы, и эта многослойность, это наложение реальностей, когда прошлое и настоящее существует одновременно, создает новый объемный смысл, заставляет вдумчивого зрителя вовлекаться и переживать. Непросто звучит? – Да! продолжение следует⤵️ фотограф Роман Астахов полностью 〰️Только в Театральной Розе 🌹 #Роза_ТеатрГоголя