Почему талышская идентичность становится вопросом «безопасности»? Сравнение этих случаев выявляет три фактора. Первый — политическая память 1993 года. Попытка создания Талыш-Муганской Автономной Республики создала исторический фон для того, чтобы власти рассматривали последующие инициативы по талышской автономии или политической организации с точки зрения безопасности. При таком подходе граница между культурными правами, обсуждением автономии и призывами к территориальной целостности очень быстро стирается. Второй — геополитика. Талыши живут как в Иране, так и в Азербайджане. Присутствие активистов в России и Беларуси, их участие в конференциях в Иране или переписка с учеными, являющимися гражданами Армении, в ходе расследований были представлены как иностранное влияние и шпионаж. Реальный шпионаж и подстрекательство к насилию — это преступления, которые государство обязано расследовать. Однако для того, чтобы принадлежность к академическому сообществу или политические взгляды считались преступлением, необходимы конкретные, поддающиеся проверке доказательства и критерий необходимости. В-третьих, это отношение к публичной видимости независимой талышской идентичности. Консультативный комитет Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств отметил несоответствие между описанием «оптимальных условий», представленным азербайджанскими властями, и тем, что говорили представители талышского движения. Комитет отметил, что талышские культурные конференции вызвали подозрения в сепаратизме из-за их связей с Ираном и Арменией, что некоторые активисты подвергались давлению, и что языки меньшинств в значительной степени оставались в частной, неофициальной сфере. Представители ООН, ОИК, ЮНЕСКО, IF20 представили Азербайджан как образец религиозной терпимости, но шиитские активисты в стране подвергаются преследованиям. Ключевой правовой вопрос Конституция Азербайджана гарантирует равенство независимо от этнической принадлежности и языка, а также право каждого на защиту своей национальной идентичности. Согласно официальной позиции, Исаев, Абилов, Мамедов и Аббасов подверглись преследованиям не за то, что они талиши, а за конкретные преступления против государственной безопасности. В центре спора не сама этническая принадлежность, а доказательства государства: были ли призывы к насилию, передача секретной информации или сотрудничество с иностранными службами подтверждены ясными и убедительными фактами? Или обсуждение талышского языка, культуры, заявления о дискриминации и даже непопулярные политические идеи караются статьями о безопасности? Источник тут Bə kanali nomžəj bej