Единственные зимние соседи, которые стучались Джону Берроузу в дверь, — поползни и дятлы, правда, они не знали, что это его дверь. Хижину Берроуз обшил корой молодого каштана, и птицы, подозревал Берроуз, принимали ее за огромный пень с жирными личинками, «хотя в действительности там не найти даже книжного червя». От громкого стука он иногда решал, что к нему и правда пришел гость. Бывало и наоборот. «Когда я хочу узнать, дома ли он, я подхожу к его дереву и стучу», — пишет Берроуз о своем любимом соседе, пушистом дятле. Тот выглядывает из дупла, и во взгляде Берроузу чудится укоризна: «Я бы предпочел, чтобы ты не беспокоил меня так часто». При жизни Берроуза его книги расходились миллионными тиражами, среди друзей были Уолт Уитмен и Теодор Рузвельт, а жить он предпочитал в хижине на берегу Гудзона. Он писал о птицах и деревьях, снегопадах и смене времен года. «Любитель природы обходится тем, что остается дома и смотрит, как мир движется вокруг него». Теперь благодаря издательству talweg на русском впервые выйдут его «Знаки и сезоны» в переводе Марии Славоросовой, предисловие написал Антон Секисов. Предзаказ еще открыт, книгу отправят в начале октября. К каждому заказу добавят четыре открытки о временах года. А здесь можно прочитать мое небольшое интервью с главным редактором издательства Олегом Бочарниковым, трудами которого в Individuum выходил «Сапсан». Не только он, конечно, но в контексте Берроуза вспомнил именно о ней.