Этот снимок сделан с балкона жилого дома в маленьком шахтерском городке посреди тайги, куда я приехала делать репортаж о 16-летней девушке, мужественно сражающейся за право жить и полноценно владеть рукой после замены кости и связок. У Вики остеосаркома — редкая форма рака костей с низким порогом выживаемости. Из-за множественных метастазов в легких ей сразу была диагностирована четвертая стадия. Однако во время операции хирургов ждал сюрприз — вместо метастазов в легких оказалась угольная пыль. Чтобы получить такие запасы угля в дыхательных путях, нужно проработать 15 лет в шахте. Или, как выяснилось, просто безвылазно жить в шахтерском городке. Если присмотреться, можно увидеть на фото трубы, которые днем и ночью дымят черным. Это ТЭЦ, она обеспечивает электричеством, теплом и горячей водой город и окрестности. Котельная отапливается углем и мазутом. Угольный снег — первое, что я заметила в городе. В последние 10 лет добыча угля в Кемеровской области ведется открытым способом — разрезами — вместо шахтного. Верхние слои земли взрывают, тонны пыли и вредных веществ поднимаются в воздух, ветер разносит их по окрестностям. Уголь висит в воздухе постоянно, и снег делает его видимым. От кемеровского аэропорта до Анжеро-Судженска почти два часа пути на автобусе через тайгу. Я вспоминаю тоннель из великанских сосен, смыкающихся аркой над одноколейкой. Величественный, жуткий и прекрасный. А когда я думаю про город Анжеро-Судженск, он представляется мне стеклянным шаром, который нужно встряхнуть, чтобы посыпались снежинки. Со снежинками в воздухе кружатся взвеси азота, метана и угольной пыли, но их разглядит разве что аппарат МРТ. Женщина, спешащая с сумкой наперевес по украшенному новогоднему городу, вряд ли задумывается о таких вещах. Татьяна Сикорская, фотограф. — 👉 Мы попросили наших фотографов рассказать о самых запомнившихся снимках ушедшего года: читать — ❤️ Поддержать работу ТД и поздравить нас с Новым годом: ссылка