Святогорская Лавра ✔

«Чáю воскресéния мéртвых и жи́зни бýдущаго вéка» (из Символа веры). Как Христос был распят на кресте, но воскрес, жительствует и действует в Церкви Своей, так, братья и сестры, и они воскреснут, наследуют вечное, нескончаемое бытие с Богом своим. И кресты на могилах наших близких знаменуют, что так будет истинно, ведь крест — символ и надежда, надежда на исполнение слов Христовых (смотр. Ин. 5:25, 28–29; 6:54) и догмата, который мы поём в Символе веры. * * * Мы встречаем в Священном Писании ещё следующие слова, Господом произнесённые: «Кто хочет последовать Мне, да отвержется себя, и возьмёт крест свой, и последует Мне» (смотр. Мф. 16:24; Мк. 8:34). Кто хочет последовать Христу — да отвержется себя. Что значит «отвергнуться себя»? Это значит отвергнуть свои пристрастия, отвергнуть своё греховное, отвергнуть злобу мира сего, отвергнуть неправду мира сего, отвергнуть то лукавство, которым живёт современный мир и которым так увлекает род христианский. И вот, «да отвержется себя, и возьмёт крест свой» — а как это, взять крест свой? Господь нёс Крест Свой на Голгофу, который связан был с Его скорбями, страданиями, с Его уничижением, с Его смирением, с Его болезнованием сердечным за род человеческий, с Его любовью. И вот взять свой крест — это значит с терпением переносить скорби, страдания в этом мире, надеясь на помощь Божию, надеясь на то, что ничто нам зря здесь, в этом мире, не попускается, — с надеждой на помощь Божию, с надеждой на Его всеблагий Промысел. Вот когда мы так переносим страдания, скорби, болезни в этом мире, то мы, братья и сестры, берём крест свой и крест наш превращается в Крест Христов. И когда мы без ропота, с надеждой на Бога и с молитвой к Богу о прощении грехов своих несём этот крест, то он становится нам в утешение и в радость. И наоборот: скорби, страдания, болезни не приносят человеку никакого утешения, никакого избавления, они становятся бесполезны, если человек несёт их с ропотом, с недовольством, с обидой, с обвинением всех и вся, вплоть до Бога: «За что это меня Бог так наказывает?!» (часто можем слышать такое в современном мире…). Да Бог нас ещё милует!.. Как когда-то говорил батюшка один, старец: «Да по нашим грехам нас надо паяльною лампою! Это ещё Господь нас милует, ещё долготерпит и милосердствует, несмотря на те беззакония, которые мы творили и творим». А когда мы, братья и сестры, с терпением берём и несём крест свой жизненный, то тогда действительно он отворяет нам врата Царства Небесного. * * * Одному человеку, который жил очень бедно и который постоянно роптал на свою бедность и завидовал другим, однажды явился ангел и в видении завёл его как бы в некую комнату. У стен этой комнаты стояли кресты, накрытые белыми полотнами. И вот сказал этому человеку ангел: «Ты говоришь, что для тебя твой крест жизненный тяжёл. Ты постоянно ропщешь, завидуешь другим, говоришь, что другие якобы лучше живут и им легче. Вот, Господь даёт тебе выбор: выбери из этих крестов тот, который тебе удобен». И вот стал человек примеряться под эти кресты. Взял один крест — тяжёл, взял другой — слишком большой и громоздкий, взял третий — острые грани режут плечо, неудобно нести… И так перебирая, он наконец взял один крест, который показался ему и лёгким, и удобным. «Вот именно такой крест я бы и нёс!» — сказал человек ангелу. «Ну, сними покрывало», — ответил ангел. Когда человек снял с креста покрывало, то увидел, что на кресте написано: «Бедность». То есть каждому человеку Господь даёт такой крест жизненный, какой человек может понести. Да ещё, кроме того, Господь даёт и помощь Свою. Как однажды одному преподобному был открыт его жизненный путь, разделённый на периоды. И вот он видел две пары следов. «Это, — сказал ему Господь, — твои следы и Мои: Я сопровождал тебя в жизни». И вот человек заметил, что на тех отрезках его жизни, в которые ему было очень тяжело и очень тяжко, была только одна пара следов. Преподобный сказал: «Господи! Как же так? Мне было так тяжело в те дни, а Ты меня одного оставлял?..». На это Господь, кротко улыбнувшись, сказал: «Нет. В те периоды твоей жизни Я тебя на руках нёс». Так, братья и сестры, и мы часто ропщем в те минуты жизни, когда Он нас на руках носит. * * * Наши деды и прадеды разве меньше нашего терпели? Да подчас больше терпели! Но при этом они оставались верны заповедям Божиим, верны законам жизни нравственной, целомудренной, честной, трудолюбивой. Они оставались людьми. В бедствии они не озлоблялись друг против друга, а старались помогать друг другу. Я вспоминаю, как рассказывали, как вместе молились во время войны. Не довольствуясь только храмовой молитвой, в домах также собирались читать акафисты, да ещё и детей на колени ставили рядами и говорили: «Молитесь, детки, чтобы ваши папки с фронта домой живыми поприходили». И сами молились, и детей приучали, трудились, не покладая рук, забывая про себя. Жили часто ради детей своих, ради Отечества, трудясь великим трудом, который мы бы сейчас назвали каторжным. Но для них этот труд был в радость. Я вспоминаю слова своей бабушки. Когда она полола летом на огороде, мы говорили ей: «Баба, ну иди ты хоть отдохни! Такая жара стоит!» И она отвечала кротко всегда: «На тім світі відпочину, якщо на цьому зароблю!». Вот так наш народ говорил, братья и сестры. Когда почтальон приносил в чей-то дом похоронку и раздавался плач, в горе человека самого не оставляли: собирались все соседи — и эти вдовы или солдатки, утешая эту вдову, плакали вместе с нею. Последним куском хлеба делились. Бедно жили, нищие были, есть нечего было, но, если кто-то умирал, то кто-то из соседей два яичка приносил, кто-то — кусок хлеба, кто-то — картошку… что у кого было — чтоб было из чего поминальный обед приготовить. Проявлялась любовь друг к другу в этих случаях. И похороны никогда не бывали без молитвы. * * * В наши дни мы зачастую, братья и сестры, ещё имеем — слава Тебе, Господи! — множество добрых примеров сострадания и помощи друг другу. Но имеем и примеры ожесточения. Так, у нас, например, регион скудный водою. И в эти военные, бедственные времена в одном из посёлков при обстреле повредило водопровод — и не стало у людей воды. И электричества не было — насосы не работали. А у одного мужичка во дворе была колонка механическая, качать можно которую. Если по-христиански — хотя поделился бы водою, да? Он её продавать начал! Вот такие примеры есть в наше время. И мы потом говорим: «Чем мы хуже наших дедов и прадедов?». Та вот именно этим хуже, что даже в такое бедственное время и то корыстолюбие наше какое-то, нелюбовь к ближнему проявляется в той или иной мере. А мне вспоминаются слова одного батюшки… Его проповедь длилась минутку всего лишь, но за эту минуту были сказаны такие слова, что они, наверное, навсегда останутся в моей памяти, в моём сердце. Батюшка вышел на амвон и сказал: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Если рассуждать по-человечески, то мы должны делиться со своими ближними тем, что имеем. А если рассуждать по-христиански, то мы должны отдать всё. Аминь». * * * И вот действительно, братья и сестры. Подумайте: какое мы звание носим — христиане! Ведь Христос всего Себя без остатка отдал нам, вплоть до распятия, до страданий. И даже распятый на Кресте, Он жалел людей, обращаясь к Богу Отцу о толпе: «Господи, прости им, не ведают бо, что творят» (смотр. Лк. 23:34). Будучи раздираем страшными ранами и язвами, переживал за Свою Матерь, Которая одна остаётся, и вручал Её ученику Своему, говоря ему: «Се, Мати твоя», — а Ей поручал любимого ученика: «Се, сын Твой» (смотр. Ин. 19:26–27). Разбойники рядом с Ним страдали, братья и сестры. Один поносил Его: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас!» (Лк. 23:39). «Сойди с Креста — и уверуем, что Ты Сын Божий!» — говорили первосвященники (смотр. Мф. 27:39–42). Другие смеялись: «Посмотрим, придёт ли Илия Его спасти!» (смотр. Мф. 27:49).