На чекауте из гостиницы мы замешкались — запутались в выходах и детях — и в своем микроавтобусе оказались в 18.40, а не в 18.30. Ехать до аэропорта пятнадцать минут. Наш трансфер оказался ровно на две семьи, нашу и еще четырех человек. Как только мы сели, мама второй семьи громко и надломанным, измученным голосом сообщила во Вселенную, ЧТО МОЖНО УЖЕ НАКОНЕЦ ПОЕХАТЬ, ХОТЕЛОСЬ БЫ ЧТОБЫ НИКТО НЕ ОПАЗДЫВАЛ УЖЕ ЕХАТЬ ПОРА ВРЕМЯ БЫЛО ДЛЯ ВСЕХ УКАЗАНО Кроме нас адресовать это было некому, но и нам (мне) это тоже не адресовалось. Женщина сидела прямо за мной, а говорила при этом — с бездной. Я поразилась тому, что меня не таращит от вины, как случилось бы раньше (когда я всем всё была должна), а просто вот я отметила такую как бы — странность? Все в порядке, едем? уточнил египетский гид, и женщина заговорила с бездной снова ПОНИМАЕТЕ ПРОСТО ХОТЕЛОСЬ БЫ ЧТОБЫ ВСЕ ВОВРЕМЯ ПРИХОДИЛИ ЕСЛИ ВРЕМЯ УКАЗАНО ТО ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ К НЕМУ ПРИЙТИ Состояние у нее при этом такое, которое в английской прозе называют hyperventilating — она учащенно дышит, у нее наверняка шарашит сердце. Человек находится в глубоком стрессе. Что же с ней происходило тут в этом автобусе до нас, подумала я, что она вот в такое глубокое пике зашла, явно же не из-за десяти минут это. Хотя кто знает, у меня вон Андрей тоже из-за воображаемых опозданий в аэропорт превращается в берсерка. Ну, тронулись, тишина — и тут женщина out of nowhere говорит мужу (а на самом деле бездне), ПОНИМАЕШЬ, ТУТ УЖАСНО ПЕЧЕТ ПОД НОГАМИ, Я УЖЕ ВСЯ ЗАПАРИЛАСЬ ПОКА МЫ ТУТ ВСЕХ ЖДАЛИ НЕУЖЕЛИ ТАК СЛОЖНО ПРИЙТИ ВОВРЕМЯ ЗАПЛАЧЕНО У ВСЕХ ОДИНАКОВО Дети ее (два пацана подростка) чето помычали, знают, наверно, что в такой момент лучше не лезть. Муж отмолчаться не смог, все же к нему обратились, говорит, да че ты придумала, не бывает в египетских автобусах печки, тут же пустыня НУ ИДИ СЯДЬ ПОСМОТРИ НУ Я ВСЯ УЖЕ ИЗЖАРИЛАСЬ ТУТ ПОКА МЫ ВСЕХ ЖДАЛИ Чего она хочет, ведь у всякого действия есть цель. Раз за разом вскидывать этот эмоционально заряженный пулемет и строчить им вникуда, это ведь тоже расход сил. Она ждет может, что я отвечу? Хочет со вкусом поссориться? Ну это не мое. А что мое? Я и с первого ее залпа знала, что делать, просто сделать это оказалось очень трудно. С каждым повтором немножко нелепее и трудней. Но все-таки почти под конец я наскребла в себе сил, повернулась к ней и сказала: простите, пожалуйста, мне очень жаль, что наше опоздание так вас расстроило. И она просто — обмякла. Как будто я ткнула в нее и выпустила все это напряжение, знаете? Да, говорит, это было неприятно. И все. И больше она не возвращалась к этому. Только что-то сказала про гейты своей семье. То есть что получается, единственное, ЕДИНСТВЕННОЕ, чего она требовала — это просто признания, что вот, такая произошла с ней ерунда, и эта ерунда нехороша. Чтобы кто-то заметил, каково ей, да нет, просто ее ЗАМЕТИЛ, она ведь натурально кричала почти. И вот каково ей в семье, где дети сливаются (их можно понять, они дети), а муж из всего, что она выдала, выбирает ответить — нет никакой печки и тебе не жарко, ты все придумала? (Печка кстати была, или че там, было жарко ногам). Настолько, что она уже орет в бездну, и принимает утешение от незнакомого человека, который собственно источник ее расстройств. Жалею, что не нашла в себе сил сразу извиниться.