Твой стремный коллаб

Менталитет русского художника — разбор одного интервью В отпуске я обычно смотрю всякое на ютубе, отдыхая от переписок и коммуникации. И тут подарок — у иноагента Шихман вышло вью с режиссером Александром Молочниковым и его американской герлфренд, продюсером оскароносного фильма «Навальный» Одессой Рей. Так сложилось, что с героем мы учились в одном классе в Аничковом лицее, а его отец, Сан Саныч, был нашим классным руководителем. Это важный момент для дальнейшего текста и почему в целом это вью вызвало у меня сложные эмоции. Конечно, классный руководитель — не отец, но где-то 20 процентов моей идентичности были, безусловно, сформированы под его влиянием (первый диск The Cure, первая книга Чака Паланика, вайб понятен). С Александром после выпускного я не виделась и не общалась (не считая одного рабочего момента), если кто не в курсе: в 22 года он поставил первый спектакль в МХАТ, ставил в Большом театре и играл у Яна Фабра (!), в общем был в России реальной большой театральной звездой (его кинофильмы не так сильно известны, но в них играли известные российские актеры). У Молочникова довольно много интервью с известными ютуберами (от Собчак до иноагента Дудя), но именно это, последнее, вызвало желание написать разбор. Магистральная тема разговора: как герой перезапускал карьеру в США после переезда (изначально — для учебы на режиссера в Колумбийском, но затем началась СВО и он остался в НЙ). И то, как это описывает Александр — сверкающее вау! Конечно, же герой против тоталитаризма, против цензуры и за свободу личности. Он из хорошей петербургской (и немного диссидентской) семьи и с детства насмотрен артхаусными фильмами и спектаклями Додина, а также начитан с детства репортажами независимых СМИ. Бонусом: американский паспорт, свободный английский (пару лет в детстве учился в США), мама и отчим работали кучу лет в этой стране. Однако, герой постоянно показывает насколько он ПОКАЗАТЕЛЬНО не хочет играть по правилам театрального мира США. В интонациях Задорного «ну тупыыыые» Александр описывает как актеры и ассистенты не хотят работать без выходных за рамками подписанного контракта, как ему приходится сдерживать себя и не орать на них, как вообще никто не хочет по-настоящему отдавать себя работе. При этом он сам даже не пытается как-то посмотреть на ситуацию глазами оппонентов: он специально, НАМЕРЕННО их стебет (потому что так было принято в его семье), заставляет выходить на множественные поклоны, хотя там так не принято, а на просьбы объяснить необходимость отвечает стебом. В итоге американский продюсер отказывается работать с ним над спектаклем «Чайка: правдивая история», сотрудники пишут «доносы» вместо того чтобы «поговорить по-человечески». Всю ситуацию приходится спасать (вот это да!) россиянке Софье Капковой (ведь на спектакль кто-то дал 200к долларов). Дальше — больше. Герой не может найти контакт и с однокурсниками по Колумбийскому, ведь он для них — белый цисгендерный мужчина, а не режиссер Большого и МХАТа. Именно поэтому однокурсники, чья голова промыта новой этикой, не дали его выпускной короткометражке про историю Саши Скочиленко первое место на внутреннем экзамене (вариант, что фильм показался им плохим — не рассматривается). Хорошо, что преподаватель вмешался, объяснил художественное значение картины. В итоге Executive Producer — Бен Стиллер и шортлист «Оскара». Но злоключения на этом не заканчиваются — Александра изгоняют из Украины, где он хотел снять игровой фильм про украинских детей во время войны по сценарию, основанному на блокадных воспоминаниях его деда, но местные кинодеятели устроили скандал в фб и пришлось «улепетывать». В финале, конечно, все хорошо: «Чайку» поставили, у фильма хвалебные рецензии в Hollywood Reporter. Но почему весь этот рассказ так напоминает шутки про жалобы жены «нового русского», которую как-то не так обслужили во французском бутике Chanel или уральского парня, на которого в отеле косо посмотрели за громкие крики «Тагил» в бассейне?