СТРАТАГЕМА

В марте Индекс Headhunter достиг 11,4 пунктов (во столько раз число резюме превышает число вакансий). В феврале значение Индекса было 9,8, а в марте 2025 года – 5,9. Индексу совсем немного осталось до значения 12, которое означает «крайне высокий уровень конкуренции соискателей за рабочие места». Будет ли напряжение на рынке труда расти и дальше, дополнительно ухудшая состояние экономики? Ответы экспертов в рубрике #опросы Экономист, руководитель маркетингово-коммуникационного агентства «Стратагема» Роман Черёмухин: Мартовский рывок индекса Headhunter до 11,4 пунктов – не просто сухая статистика, а грохот обрушения старой кадровой модели. В 2026 году рынок труда окончательно перестал быть фуршетом и превратился в полевую кухню: еды на всех не хватит. Эпоха избыточного потребления и «раздутых» корпоративных штатов закончилась вместе с эпохой дешёвых кредитов. Если раньше соискатель вальяжно выбирал между офферами, то сегодня он стоит в многотысячной очереди за базовой стабильностью, пока бизнес агрессивно сбрасывает всё, что не приносит мгновенной прибыли. Главная зона «затоваривания» – вчерашние фавориты: IT–сектор (уровни Junior и Middle). Иллюзия, что любой выпускник курсов «войдет в айти», разбилась о прагматизм 2026 года. Компании больше не инвестируют в обучение новичков, а автоматизация тестирования и базового кодинга через нейросети сделала начальный уровень компетенций избыточным. Ещё одна ниша «лишних людей» – административный персонал и бухгалтерия базового уровня. Цифровой госпанк, о котором так долго говорили, наступил: фискальные и управленческие алгоритмы ФНС и банков заменили сотни тысяч клерков. Также в зоне отчуждения оказалась сфера клиентской поддержки. В 2026 году живой оператор колл–центра – непозволительная роскошь; ИИ–ассистенты закрывают до 95% обращений, выбрасывая на рынок людей, чьи навыки общения оказались не нужны машинам. Рынок перешёл в состояние глубокого переохлаждения, где лояльность сотрудника покупается не бонусами и ДМС, а самим фактом наличия рабочего места и доступа к «белой» зарплате. Это время жёсткого кадрового аудита, когда любая штатная единица, напрямую не связанная с производством или критическим госуправлением, рассматривается как избыточная трата. Ситуация усугубляется структурным тупиком. Индекс 12 – точка замерзания социального лифта: ситуация, когда офисные кресла пустеют, а цеха остаются холодными из–за непреодолимого разрыва в квалификации. Условный менеджер по продажам из Нижнего Новгорода не пойдёт к станку на оборонный завод, даже если там платят втрое больше – мешают отсутствие навыков и социальный барьер. Это создаёт опасный феномен: «безработица в галстуках» на фоне пустых цехов. Напряжение будет расти, так как социальный контракт «лояльность в обмен на потребление» сталкивается с реальностью, где статус офисного сотрудника больше не гарантирует даже среднего чека в супермаркете. Выживание в этой реальности требует радикального упрощения и пересборки компетенций. Либо специалист встраивается в цепочку реального производства, либо он становится частью статистики «избыточного населения» городов–миллионников. Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов: Уровень безработицы в России находится на рекордно низком уровне. Однако рынок труда, в основном предъявляет спрос на рабочие профессии. Спрос на офисных работников, вслед за замедлением экономики, снижается весь 2025 г. Противоречие между снижением уровня безработицы и ростом конкуренции между соискателями на платформе Headhunter вызвано структурной трансформацией рынка труда: занятость растет в рабочих специальностях и снижается - в офисных. Весьма вероятно, что эта тенденция продолжится и далее. (продолжение в следующем посте)