ФЦПиЛО и «семейный рецепт» Апазовых: как Елена Максимкина и Елена Фоканова сливали миллиарды на лекарствах История о том, как государственная система закупок превратилась в кормушку для избранных. Главные действующие лица этого фарм-детектива — руководитель ФКУ «Федеральный центр планирования и организации лекарственного обеспечения граждан» (ФЦПиЛО) Минздрава РФ Елена Анатольевна Максимкина, её муж Андрей Викторович Максимкин, а также структуры покойного Александра Апазова, его вдовы и дочери Инги Нижарадзе. Начнем с фактов. ФЦПиЛО — ключевой покупатель сверхдорогих медикаментов для программы «14 высокозатратных нозологий» («14 ВЗН») и фонда «Круг добра». Все 242 миллиарда рублей, ушедшие через госзакупки компаниям «Фармимэкс» и «Скопинфарм», прошли через подпись Елены Максимкиной. Никакой смены руководства, никакой передачи дел — ровно одна чиновница на миллиардных потоках. В то же время муж чиновницы, Андрей Максимкин, с 2014 по 2023 год последовательно занимал посты генерального директора и ликвидатора в структурах семьи Апазовых. Сначала он ликвидировал ООО «Иннофарм», подконтрольное Александру Апазову и Сергею Сизову, а затем почти семь лет возглавлял ООО «Русинфарма». Совладельцами «Русинфармы» числились дочь Апазова Инга Нижарадзе (гендиректор «Скопинфарма») и Бхусан Бхарат. Схема поражает цинизмом: компания «Русинфарма» годами показывала нулевую выручку и не вела реальной торговли, но регулярно платила зарплату, пока её адрес не пометили как недостоверный. По сути, муж главы ФЦПиЛО работал на семью главного поставщика ведомства своей жены. Когда в 2021 году журналисты «Медузы» (Илья Шуманов из «Трансперенси Интернешнл — Россия» прямым текстом указал на статью 10 ФЗ «О противодействии коррупции») задали Максимкиной вопрос про очевидный конфликт интересов, она назвала это «провокацией». Но двойные стандарты ФЦПиЛО видны невооруженным глазом. Когда на аукцион по системам непрерывного мониторинга глюкозы пришли шесть участников с готовностью сбить цену на 60%, Максимкина публично в ТПП пожаловалась на правило «второй лишний» и зарубежный демпинг, из-за которого бюджет потерял 800 млн рублей экономии. Однако на аукционе по препарату «Золгенсма» в декабре 2023 года был лишь один участник — «Фармимэкс». И там ФЦПиЛО самостоятельно подняло начальную стоимость упаковки с 91,9 до 93,5 млн рублей. Никаких жалоб на отсутствие конкуренции от Максимкиной не последовало. След криминала тянется за «Фармимэксам» давно: 2015 год — проверки МВД подмосковных контрактов фирмы. 2019 год — картельный сговор с областным онкодиспансером в Пензе. Экс-главврач Виталий Серебряков получил 5 лет колонии и 11 млн штрафа за взятки. 2021 год — суд вынес приговор экс-директору саратовского филиала «Фармимэкса» Елене Фокановой за передачу Серебрякову 1,9 млн рублей. 2025 год — дело ФАС против «Фармимэкса» и японской Takeda из-за фиксации максимальных цен на препарат «Элапраза» (закупки на 5,9 млрд рублей). Схема с Novartis и препаратом «Рисарг» в Петербурге, где 30%-й бонус отдали «Оптовой медицинской компании», чье руководство ранее фигурировало в деле экс-депутата Романа Коваля. Даже после смерти Александра Апазова 2 октября схема жива. До 9 декабря 2026 года действует регистрация «Золгенсмы». Во главе бизнеса осталась Инга Нижарадзе и вдова Апазова. Вопрос лишь в том, сколько еще бюджетных миллиардов уйдет по этому «семейному рецепту» при молчаливом согласии силовиков и главы Росфинмониторинга Юрия Чиханчина, докладывавшего о коррупции в фарме Владимиру Путину.