Вчерашний выход Беллы Хадид в кастоме Schiaparelli, отсылающем к образу Джейн Биркин, в Каннах меня отталкивает. Будто это олицетворение того, как сильно мы стараемся поспеть за великими, пройтись в их ботинках, повторить уникальный опыт. А опыт этот был продиктован жизнью, непосредственностью подхода: Джейн надела платье задом наперед и сама добавила черную брошь, чтобы не слишком оголяться. Живое из 1969-го для меня превратилось в неживое в 2026-м.