Верхняя Курья против постройки мигрантской мечети

ПЕЧАЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НАДИНОГО КАМНЯ Есть такие темы и сюжеты, в которых сущность нашей власти проявляется особенно полно и ярко. Таковой является тема, связанная с гибелью Нади Вожаковой. Весь хвост последствий, от тянущегося по сей день вялого и туманного суда над Мубаризом Гусейновым до репрессий в отношении освещавшей эту историю журналистки Татьяны Кротовой и похищения одного за другим обоих памятников – всё это выглядит как-то особенно отвратительно и подло даже на фоне всей картины происходящего в Перми. Нынче у нас новости по судьбе первого – большого – камня, установленного рядом с местом трагедии и вывезенного пермской администрацией. Понятно, что поставить этот памятный знак где-то в городе пермская власть нам не даст, будет впредь убирать уже за сутки, ведь убитые русские дети не имеют права на память. Поэтому мы спросили родителей Нади, не хотели бы они установить этот камень в качестве надгробного на Надиной могиле – и они встретили это предложение с энтузиазмом и благодарностью. Это ведь был бы неплохой вариант окончательной судьбы этого нашего с вами многострадального монумента, не так ли, друзья? – те, кто принимал участие в сборе средств на него. В течение нескольких недель после этого мы вели переговоры с администрацией и с её подрядчиком, который по её заданию вывез памятник к себе на склад. Мы дали властям письменные заверения в том, что камень больше не будет устанавливаться нигде в Перми, а уедет прямиком на кладбище в деревню Мокино Нытвенского района, на родину Нади, где живёт её многодетная семья с девятью Надиными братьями и сёстрами. Нам, наконец, выставили счёт за произведённые демонтаж и вывоз камня в размере 5280 рублей, и мы оплатили этот счёт от имени Надиной мамы Татьяны Владимировны. Это был нормальный компромиссный вариант завершения истории с Надиным камнем, вариант, который, казалось, всех устраивал. ИПшник-нынешний хранитель камня тоже был только рад поскорее избавиться от громоздкого памятника, занимающего у него место, и был готов помочь с организацией вывоза. Мы спланировали всю логистику, родители уже готовились с краном встречать камень в Мокино и… И всё почему-то вдруг сорвалось. Сорвалось совершенно на ровном месте. Такое впечатление, что в пермской власти, на уровне мэра ли Соснина, губернатора ли Махонина, кто-то сказал: «Стоп-стоп! Знаете, товарищи, что-то слишком мало подлости с нашей стороны в этой истории… Как будто совсем даже и нет подлости - какой-то, знаете-ли, совсем не наш стиль… Власть мы или не власть?! Мелочный счёт мы им, конечно, выставили за демонтаж, но как-то всё равно всё это выглядит не по-нашему… Уж очень как-то человечно выглядит: просто так взять и передать этот памятный камень родителям погибшей девочки ей на могилу, тем более что он чужой, люди на него скидывались… Что-то не то… Кто-нибудь ещё ненароком вдруг подумает, что мы с вами приличные и порядочные люди… А мы и не люди вовсе! Мы – власть! И нам нельзя терять лицо! Давайте-ка всё это притормозим…» И всё встало на тормоз с совершенно неясными перспективами. От низовых чиновников, с которыми мы имеем дело по этой истории, мы не можем добиться ничего внятного уже больше недели, административное топтание на костях убитой девочки продолжается.