Избиение уфимского филолога Айнура Хужахметова — эксперта, чьё лингвистическое заключение легло в основу дела Фаиля Алсынова, — за сутки стало федеральной новостью. «Реадовка», «Царьград», АПН, «Репортёры» и другие пропагандистские помойки отреагировали моментально. И ни в одном из этих текстов нет вопроса «почему?». Почему в Башкортостане, где в январе 2024-го тысячи людей вышли к суду в Баймаке, теперь появляется подполье? Ни слова о четырёх годах колонии Алсынову за речь на народном сходе. Ни слова о десятках посаженных по «Баймакскому делу». Ни слова о Куштау и о том, кто и куда вывозит из республики нефть и соду. Вместо анализа — единственный рецепт: «реакция властей может быть только одной: максимально жёсткой» (Евгений Норин, «Репортёры»). Отдельный жанр — комментарий Кирилла Кабанова, члена президентского Совета по правам человека. Правозащитник (по должности) объяснил «Царьграду»: всё организовала и профинансировала Анкара, след ведёт к клану Рахимовых и турецким спецслужбам, а дальше по списку — Татарстан, «исламизация Мордовии», «тюркская тема» в Якутии. Вывод: «надо действовать очень жёстко», федеральному центру — больше полномочий на подавление, больше посадок. Совет по правам человека, напоминаем. Любое сопротивление — «рука Турции» (в этом случае – Запада). Любой ответ — новые репрессии. Хотя именно репрессии всё это и породили. Когда за слова дают четыре года колонии, а мирный протест заканчивается массовыми посадками и убийством двух башкир (и это в зауральских районах Башкортостана!), часть людей неизбежно решает, что легальных способов не осталось. Москва этой связи видеть не хочет. Она снова выбирает закручивание гаек — то есть эскалацию. И неужели в Кремле всерьёз верят, что каждый новый срок делает Башкортостан лояльнее, а не обостряет конфронтацию? 🧨 Деколонизация и распад — лучшее, что может случиться с Россией. Подпишись!