Старая площадь

Кейс. Как оппозиционной партии выстроить уникальное позиционирование в Госдуме. На примере ЛДПР. По большому счету, после попадания в парламент у оппозиционной партии есть лишь два очевидных пути для того, чтобы строить дальнейшую работу. Первый — резко критиковать всё подряд, без разбора и голосовать против большинства законопроектов, чтобы потом вносить свои (как правило популистские и некачественно проработанные проработанные), которые неизбежно пойдут на отклонение. Таким образом можно убедить избирателя, что ты ратуешь за правое дело, но реального влияния на законодательство так не достичь. Второй путь — стать ещё большим лоялистом, чем партия власти. Но в таком случае партия сталкивается с неизбежным экзистенциальным кризисом: избиратель перестает видеть смысл голосовать за нее, когда уже есть «Единая Россия». Оба пути приводят к одному результату — присутствие в зале заседаний без реального веса в законодательном процессе. Однако есть и третий, менее очевидный путь, который сочетает в себе юридическую дисциплину, личное участие председателя партии в законотворчестве и взвешенную оппозиционность. Именно такой путь избрали в ЛПДР после того, как партию возглавил Леонид Слуцкий. В докладе Клуба Регионов «Сила малых», который подготовил Павел Склянчук, результат этой стратегии можно оценить наглядно. В чем она заключается и почему работает: 1. Ставка на юридически выверенные законопроекты, а не на их количество. Из 1260 законопроектов, внесённых депутатами ЛДПР в восьмом созыве, отклонено лишь 27 (2,14%) — лучшая цифра среди всей оппозиции. У других партий при похожих объёмах внесённого на отклонение может уходить по 17%. Такой разрыв показывает разное отношение к законотворчеству: одни тщательно готовят каждый документ для принятия, другие делают ставку на резонанс, а не на прохождение. 2. 14 законопроектов, подготовленных исключительно депутатами ЛДПР дошли до принятия — больше, чем у любой другой оппозиционной партии. Именно эта цифра, а не объём внесённых или межфракционных документов, отражает реальный лоббистский потенциал партии. Достичь его удалось исключительно благодаря тому, как выстраивается ее работа над законопроектами, взаимодействие с другими партиями и Правительством. 3. Конструктивный диалог вместо конфронтации. ЛДПР голосует «за» реже остальных фракций и чаще всех использует неучастие в голосовании (36,29% случаев) как способ показать несогласие, не переходя в открытое противостояние с парламентским большинством. С формальной точки зрения эффект такой же, как если голосовать против, однако с точки зрения межличностных отношений такой подход оказывается намного более действенным для поиска точек соприкосновения по другим вопросам. 4. Опыт работы восьмого созыва Госдумы как аргумент в избирательной кампании по выборам девятого. На июньском съезде партия утвердила программу «100 дней преобразования России» и выдвинула 468 кандидатов, включая 222 — по одномандатным округам, с конкретными предложениями вроде «народной ипотеки» под 3% для бюджетников и молодых специалистов. Депутаты, за плечами которых 14 принятых законов и минимальный процент отклонённых инициатив, заходят в кампанию не просто с амбициозной программой. Им есть что предъявить избирателям для того, чтобы аргументировать ее перспективы. На фоне остальной парламентской оппозиции ЛДПР говорит с избирателем не только предвыборными лозунгами, но и подтверждённым результатом — далеко не всем удается собрать такую комбинацию. Мой канал в MAX