Старая площадь

ЭКСПЕРТНЫЙ ВЗГЛЯД. Дефицит федерального бюджета по итогам 2026 года может превысить 7 трлн рублей — это почти в 1,5 раза больше обновленного плана, прогнозируют в ЦМАКП. Что это означает для государства, насколько критичными могут оказаться последствия – «Старая площадь» спросила у экспертов. Экономист Константин Двинский: Крепкий рубль действительно сокращает нефтегазовые доходы, но курс уже не 70–73 за доллар. Экспорт дизеля запрещен, импорт нефтепродуктов начался, а Urals вместе с ESPO торгуется около 67,5 доллара. Диапазон 76–82 рубля сейчас выглядит вполне комфортным для бюджета. Риск падения нефтегазовых поступлений был актуален при Urals по 40–45 долларов. Однако ситуация изменилась. Если американцам не удастся быстро погасить новый энергетический конфликт, нефть снова может стать трёхзначной. Гораздо серьезнее проблема с прибылью компаний. За январь–апрель она сократилась на 11%, до 8,8 трлн рублей, а в реальном выражении — примерно на 17–18%. Это прямой результат политики Центробанка: реальный сектор охлаждён, рынок госдолга дестабилизирован, кризис неплатежей расширяется. При этом никакого неконтролируемого роста бюджетных расходов нет. После авансирования в январе–апреле траты стабилизировались. Май и июнь прошли спокойно, июль пока укладывается в ту же динамику. Поэтому 2026 год бюджет проходит без особых рисков. Главная угроза — не дефицит, а запретительная стоимость государственного долга. Именно этим должны заниматься Минфин и ЦБ, а не искать бюджетную катастрофу там, где ее нет. Директор Центра региональной политики РАНХиГС, д.э.н., автор Telegram-канала Klimanov.ru Владимир Климанов: Дефицит федерального бюджета уже составляет значимую величину и может превысить критические значения, которые само правительство и Минфин считают безопасным уровнем, а это 3% от валового внутреннего продукта страны. В этой связи, конечно, будут приниматься самые активные действия по сокращению дефицита. Вряд ли повышение цен на нефть сыграет какую-либо существенную роль в дополнительных доходах бюджета, но, тем не менее, сможет смягчить ситуацию. Основную роль должно сыграть сокращение расходов, которое, скорее всего, будут проводиться более активно, чем до последнего времени. В то же время понятно, что для покрытия дефицита нужно будет использовать известные источники, и самым понятным и доступным является выпуск новых долговых заимствований. При высоких ставках обслуживание таких заимствований будет весьма дорогостоящим, поэтому прибегать к этому инструменту нужно сейчас с высокой осторожностью. Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов: Расходы на обслуживание госдолга уже создают чувствительную нагрузку на бюджет. Текущий проект бюджета не только не предполагает снижения госдолга, но закладывает его рост. На горизонте времени до года резервы для покрытия дефицита бюджета выглядят достаточными. Однако для снижения рисков желательно, как предлагает ЦМАКП, ограничить величину долговой нагрузки и стремиться к лучшему балансу бюджета. Возможно, это потребует либо секвестра бюджета, либо роста фискальной нагрузки. Руководитель отдела экономических исследований аналитического агентства «Национальный Эксперт» Алексей Климовский: Дефицит в 7 трлн рублей ведет к опасной макроэкономической ловушке. Жесткая ставка ЦБ и крепкий рубль снижают налоговые и экспортные доходы, а военные и около военные статьи бюджета сокращать не планируется. А тратить резервы ФНБ и принуждать госбанки к выкупу дорогого госдолга можно лишь до поры до времени. Единственным реалистичным вариантом для властей становится контролируемая девальвация. Ослабление рубля раздует нефтегазовые доходы в рулевом эквиваленте и формально закроет бюджетную дыру. В итоге расплачиваться за этот дисбаланс придется населению и бизнесу через удорожание импорта и новую волну инфляции.