Депутат Андрей Луговой провел круглый стол, посвященный обсуждению предлагаемой национальной модели регулирования торговой деятельности, которую инициировало Министерство промышленности и торговли Российской Федерации. Представленные подходы вызвали крайне негативную реакцию со стороны отрасли: в текущем виде они направлены не на выравнивание условий между офлайн- и онлайн-сегментами, а носят преимущественно ограничительный характер в отношении цифровых платформ. При этом маркетплейсы уже сегодня играют значимую роль в развитии экономики, обеспечивая поддержку малого и среднего бизнеса, расширяя ассортимент доступных товаров и инвестируя в логистическую инфраструктуру. Именно за счет этих инвестиций обеспечивается доступность товаров даже в удаленных и труднодоступных регионах через сеть пунктов выдачи заказов. По оценкам экспертов, озвученным в ходе обсуждения, вклад маркетплейсов достигает порядка 7% от общего ВВП. На этом фоне отдельные инициативы выглядят особенно спорно — в частности, предложения, ограничивающие возможности производителей продуктов питания реализовывать продукцию через маркетплейсы. Подобные меры противоречат задачам поддержки отечественного бизнеса и фактически нивелируют те преимущества, которые уже сформированы для предпринимателей и потребителей. Важно учитывать, что в ноябре текущего года вступает в силу профильное законодательство о платформенной экономике, которое разрабатывалось с учетом специфики электронной торговли и направлено на сбалансированное регулирование отрасли. В этой связи предлагаемые меры выглядят нелогично: развитие одной части рынка не может обеспечиваться за счет ограничений для другой. При этом сами маркетплейсы последовательно развивают омниканальные модели и открыты к сотрудничеству с традиционной розницей, создавая дополнительные возможности для интеграции офлайн- и онлайн-форматов. Игнорирование этих процессов и реализация жестких ограничительных инициатив могут привести к системным негативным последствиям — от роста цен и сокращения ассортимента до снижения деловой активности МСП и, как следствие, уменьшения налоговых поступлений.