Есть у меня энное число знакомых, что обучают военной науке гражданских и занимаются другими востребованными в наше время делами. И все чаще эти знакомые заявляют, что желающих грызть гранит военной науки и помогать им, становится все меньше, местная администрация помогает слабо и вообще складывается ощущение, что "никому ничего не надо". В моменты общения с ними вспоминаю классическое правило: "революции делают одни, а управляют их результатами другие". У любой революции/войны есть интересная особенность: люди, которые нужны ей в начале, могут стать ненужными — и даже опасными — после её окончания. В начале старый порядок ещё существует, но уже дрожит. Его институты не работают как прежде, элиты расколоты, а будущее не определено. В такой момент нужны люди, готовые идти до конца: убеждённые, решительные, бескомпромиссные. Те, кто не боится рисковать, нарушать правила, выходить на улицы и требовать невозможного. Они врываются с двух ног в незнакомые темы, тратят свои деньги, время, находят знакомых, объединяются. Им не нужны согласования, решения старшего начальника. Они просто пробуют и находят пути решения. БПЛА, НРТК, маскировочные костюмы, курсы для гражданских/военных, такмед, экипировка и даже пропаганда/новости/нужная госухе точка зрения против нашего врага. В то время как умеренные типы обычно предпочитают переговоры и постепенные изменения, идейные готовы действовать когда остальные ещё сомневаются. Поэтому в начале их энергия становится огромным ресурсом, но со временем эту инициативу нужно притормаживать, а точнее перенаправлять энергию на другие приоритетные направления. Особенно если ты уже наладил и централизовал какие-то механизмы, поставки, производство. То есть вчера требовались решительность, готовность к риску и непримиримость. Сегодня нужны управляемость, компромиссы, восстановление экономики и контроль над конфликтами. И здесь возникает противоречие. Люди, которые воспринимали революцию/войну как начало масштабного переустройства общества, ждут продолжения борьбы. Они хотят реализации первоначальных обещаний. Им кажется, что теперь-то можно построить справедливый порядок, ради которого всё и затевалось. Но теперь на повестке уже совсем другие задачи. Нужно закрепить достигнутое, восстановить управляемость и не допустить нового передела. А активисты, которые вчера были авангардом перемен, сегодня могут выглядеть как источник нестабильности. Они требуют продолжать реформы, критикуют компромиссы, напоминают о невыполненных обещаниях и ставят под сомнение решения вчерашних соратников. В зависимости от обстоятельств их пытаются встроить в новые институты, отодвигают на периферию, ограничивают их влияние, а в более жёстких режимах — преследует и физически устраняют. Именно здесь многие сталкиваются с самым болезненным открытием: они боролись за одну систему ценностей, а получили... Им кажется, что их предали. Иногда это действительно так: лидеры отказываются от прежних обещаний. Но бывает и иначе — пассионарии сами не замечают, что обстоятельства изменились и теперь нужно действовать иначе. Есть и ещё один нюанс: революция/война редко представляет собой единое движение с общей программой. Под одним знаменем могут объединиться либералы, социалисты, националисты, рабочие, крестьяне, интеллигенция, военные. Их объединяет общий противник, но вовсе не обязательно общее представление о будущем. И хорошо, если ты остался живой и невредимый, без серьезных ранений, травм и проблем. А если нет? В общем, важно уметь сочетать горячее сердце с холодной головой. И понимать, что конкретно с тобой никто ни о чём не договаривался. Это ты все сам себе придумал.