Офицеры быстрого реагироVания

2. - Больно! Мне больно, Господи! Как же мне больно!! Окровавленный, растерзанный, весь израненный Ангел лежал навзничь, раскинув изорванные в клочья крылья и по его лицу текли слезы. Из ран бежала густая, дымящаяся кровь. Остатки перьев на его истерзанных крыльях, слабо шевелились на ветру и были грязно белого цвета «с кровавым подбоем». Изодранный лохматый камуфляж «Гилли», скомканный, грязный, слипшийся с его кровью и грязью, больше походил на дреды певца-растамана. - Мне больно, Господи. – уже тише произнес ангел и глубоко вздохнул. Дыхание его выравнивалось, кровь останавливалась, раны затягивались. Перья на широких крыльях отрастали и обретали свой изначальный, снежно-белый цвет. - Спасибо тебе, Господи. – прошептал ангел. – Спасибо. - Оклемался уже, Андрей? – обратился к лежащему на спине, другой, сидящий поблизости, ангел. - Да, Линза. Оклемался. Ништяк. – ответил лежащий. – Но почему нам каждый раз так невыносимо больно? Каждый раз! Зачем? - Ты же знаешь, Андрей. – сидящий ангел блеснул линзами своих очков. – Если бы мы не испытывали боль, цена нашей жертвы была бы ничтожна. И помощь наша была бы равна нулю. Мы не можем отменить волю Бога. Но мы можем закрыть собой людей. Взяв их боль на себя. - Знаю, Линза, знаю. Мне все же хочется, где-то глубоко внутри, уже привыкнуть к этой боли. - Привыкнув к боли, ты уменьшишь ее ценность, а уменьшив ее ценность… - Все, не начинай опять! Помню, я! Помню! Андрей сложил крылья, перевернулся и сел на колени. -Что там? Как Заря? В норме? - Да, все порядке. Уже в «буханке» в госпиталь едут. Руслан хороший врач. Он его вытащит. Поживет еще «Заря». Поучит молодых. Линза улыбнулся. Стекла его очков, отразили свет и словно улыбнулись вместе с хозяином. - Слушай, Линза. Давно хочу тебя спросить. Ты зачем очки носишь? Ты же ангел. У тебя стопроцентное зрение! - Имидж и соответствие позывному, Андрей. – широко улыбнулся ангел. – Так что куда я без них? Как и ты без своего пулемета. Линза кивнул на стоявший рядом с Андреем пулемет Калашникова. - Пулемет! – простонал тот. – Ты бы знал как он мне надоел! Хуже пареной репы! Я вообще, в начале войны, хотел снайпером стать! Снайпером! Камуфляж себе купил лохматый. А мне дали пулемет!