Война США против Ирана и России: есть лишь одно отличие Американские стратеги разбирают варианты дальнейшей войны с Ираном – и у России с Исламской Республикой оказывается настораживающе много схожих черт. США снова увязли в ближневосточной трясине, Белый дом ведёт переговоры "с режимом, который вряд ли пойдёт на уступки и чья власть зиждется на противостоянии США и ненависти к Израилю", пишет сотрудник вашингтонского Центра стратегических и международных исследований (нежелателен в РФ) Бенджамин Дженсен. Автор приводит шесть вариантов военных действий с Ираном, обсуждаемых в данный момент: 1. Принудительная дипломатия. США наращивают силы в регионе (включая ещё одну авианосную ударную группу), чтобы заставить Тегеран сесть за стол переговоров. Минус: наибольший риск, что более агрессивные израильские планы сорвут подход, а Иран лишь воодушевится. 2. Ограниченные удары по военным объектам. Серия точечных ударов по РЛС и установкам ПВО, чтобы изменить военный баланс и показать способность "навязывать издержки в выбранное время и месте". Минус: при жёстком ответе Ирана отдача от удара окажется низкой, а риск эскалации — высоким. 3. Ограниченные удары по ядерным объектам. Цель смещается на ключевые узлы ядерной программы, по образцу операции "Полуночный молот" от 22 июня 2025 года. Минус: почти наверняка расстроит ядерные амбиции, но рискует запустить эскалационную спираль и лишь закрепить за Тегераном курс на восстановление программы как "щита суверенитета". 4. Масштабный рейд спецназа. Захват подземных комплексов с обогащённым ураном, чтобы затруднить рывок Ирана к оружию, — операция на дни, а не часы, с оцеплением обычными войсками и постоянными авиаударами. Минус: огромная сложность и риск — Иран может бить баллистическими ракетами по собственным объектам. 5. Кампания по контролю на море. Долгое подавление способности Ирана угрожать морским путям: сначала разгром ПВО и ракетных позиций, затем охота на катера, дроны и противокорабельные ракеты. Минус: время, рост цен на нефть и страховых премий, дипломатический отпор — плюс каждый израсходованный боеприпас — это "одним меньше для сдерживания Китая, России и КНДР". 6. Ударная кампания против иранских властей. Удары в расчёте на то, что страх Тегерана за выживание режима вынудит его к резким уступкам или краху — по образцу операции "Союзная сила" в Косове. Минус: потребует тайных операций и опоры на диссидентов внутри Ирана, а Иран "в 151 раз больше Косова" — риск затяжной и непопулярной войны. Очевидно, что стержнем всех этих предложений является сочетание боевых действий с переговорами — стремление перевести "военный успех в политические достижения". Другими словами, принудить Тегеран к мирному соглашению на условиях США и Израиля. Надо отдать должное: Бенджамин Дженсен описывает и реальные минусы каждого из вариантов, а в одном признаёт запредельную сложность иранской миссии — Иран "в 151 раз больше Косова". Ни один из его рецептов, как и их комплексное применение, не даёт гарантий успеха. Но Дженсен почему-то не указывает ядерный сценарий. Который, с учетом вышесказанного, остается практически единственным вариантом. Вряд ли в Пентагоне игнорируют эту опцию. Ещё одно важное замечание. Стратегию боевых действий при одновременных переговорах администрация Трампа использует и против России. Единственное отличие в том, что это война через посредника — через Украину. Причина в том, что у России есть ядерное оружие, и прямая военная агрессия неизбежно приведёт к его применению, что поставит под угрозу существование самих США.