Истории святых мира сего: ROSALÍA — «LUX» Перед записью альбома Розалия начала увлекаться агиографией — наукой, изучающей житие святых. Больше всего ей нравились истории именно про женщин из абсолютно разных культур, времен и религий. Сама Розалия родилась в семье католиков, и, следовательно, её взгляды на мир во многом опираются на католические учения. У каждой религии свои догматы, но почти у всех из них, считает музыкантка, есть общая главная тема — отсутствие страха. А почти у каждой из этих святых, считаю я, тоже есть одна схожесть — они не страшились пожертвовать чем-то важным во имя чего-то большего. На обложке альбома, которую заснял Ноа Диллон из The Hellp, Розалия примеряет на себя образ святой — на ней надето что-то вроде монашеского одеяния, под которым она обнимает себя. Каждая святая, вдохновившая «LUX», посвятила практически всю свою жизнь богу. И почти каждая из них всецело отдавалась творчеству — многие героини агиографий писали поэмы, музыку и так далее. На «LUX» Розалия поёт на 14 языках — на языках тех святых, чьими историями она вдохновлялась. И в этом посте я вкратце расскажу про каждую. Начнем с немецкого — именно на нем исполняется припев единственного сингла, «Berghain». Чуть менее тысячи лет назад на вымершей версии этого языка разговаривала Хильдегарда Бингенская. С раннего детства женщине являлись видения, в которых её душа, по воле Бога, возносится высоко в небесный свод. На латыни эти видения она называла «отражением живого Света» (umbra viventis lucis). А Lucis — это другая форма слова Lux. Следующий язык — родной для певицы испанский. Испаноязычных святых на релизе упомянуто явно немало. В интервью Розалия упоминала, вот, Розу Лимскую и Терезу Авильскую. История второй подходит под текст «Reliquia» — там поется, что своим творчеством, которому Розалия отдается сполна, она оставляет по всему миру частички себя — реликвии. Только вот Тереза (как и многие святые) буквально оставила части своего тела — мощи. В церквях хранятся её нога, рука, сердце и само тело, которым молятся и поклоняются прихожане. Украинский язык отсылает к Ольге Киевской, первому правителю Киевской Руси, который принял христианство. Ольга во многом известна местью за мужа, Игоря Рюриковича. Было в те времена племя, древляне, проживали они на территории современной Житомирской области и на западной части Киева. Олег собирал с племени дань, и в один из приездов, те убили князя. За это Ольга пригласила их старейшин к себе, одну пачку закопала заживо, другую — сожгла в бане. Потом она устраивала пир, на котором убила около пяти тысяч древлян. А в конце концов сожгла их город, послав к ним птичек с горящими палочками. На японском Розалия поет от лица Рёнэн Гэнсо — женщины из знатного рода, которая очень хотела постигать дзэн. Но в буддистком храме ей отказали. Боялись, что красивое лицо будет отвлекать других учеников. Поэтому она нагрела железку и прислонила к своему лицу, доказав серьезность своих намерений. Через похожую историю прошла китайская Сунь Буэр, которая в 51 год отказалась от всего — разлучилась с мужем, детьми, стала жить в полной нищете и облила свое лицо кипятком. А все для того, чтобы проповедовать Дао и «обрести бессмертие» в пещере Фэнсянгу. Отказ от беззаботной жизни во имя служения — это распространенная черта среди всех героинь Розалии: итальянская Клара Ассизская, которая бросила все ради Франциска Ассизского, и тезка исполнительницы из Сицилии — Розалия Палермская, которая убежала от роскоши в пещеру. Иврит на альбоме отсылает к Мириам, пророчице и сестре Моисея, которая осмелилась сказать самому фараону, что его накажет сам бог. Арабский — к героине исламских притч по имени Рабиа аль-Адавия. Французский — к небезызвестной Жанне д’Арк. Иногда Розалия отсылается к святым и без привязки к их языку: на пышные похороны индийской Шри Анандамайи Ма или на буддийскую монахиню Вималу. Латынь на альбоме используется один раз — во фразе «Я есть ничто, я есть свет во тьме», которая по идее отсылает к самому богу. А вот к каким святым отсылают английский, португальский и каталонский — да кто его знает.