Адвокат Мария Бонцлер в последнем слове: ⬅️Меня нельзя ни унизить, ни запугать, меня можно только убить, чем суд и занимается➡️. Публикуем полную версию её последнего слова Сегодня в Калининградском областном суде в закрытом режиме проходит суд над адвокатом Марией Бонцлер, обвиняемой в государственной измене. Она произнесла последнее слово в закрытом заседании, сообщила её адвокат Анастасия Рихтер. Оглашение приговора, как мы узнали накануне от адвоката, должно состояться тоже сегодня. Бонцлер неоднократно заявляла о своём недоверии к суду, а также выступала против отстранения своих защитников. Несмотря на её возражения, суд принял решение о проведении разбирательства в закрытом режиме. Кроме того, отдельные судебные заседания проходили в её отсутствие. Обвинение запросило 15 лет колонии для женщины с тяжелыми заболеваниями. Более недели мы пытались получить текст её последнего слова через систему ФСИН-писем. Сначала наше письмо, к которому были приложены десять чистых бланков и просьба написать на них текст последнего слова, проходило проверку цензора. Затем мы получили уведомление о том, что письмо задерживается в связи со следственными действиями и распорядком работы СИЗО. Последнее сообщение от ФСИН-письма было о том, что в настоящее время нет доступа к адресату, поскольку она может находиться в ИВС, карцере или ШИЗО. В итоге, так и не сумев получить последнее слово напрямую, мы обратились к адвокату по назначению Анастасии Рихтер, которая прислала нам текст последнего слова. Из последнего слова Марии Бонцлер нам стали известны два важных обстоятельства её уголовного дела: ➡️Ей вменяют передачу информации, которая до этого уже была оглашена в открытых судебных заседаниях. Это подтверждается протоколами заседаний, приобщёнными к материалам уголовного дела. Иными словами, обвинение касается сведений, которые ранее уже были преданы гласности непосредственно в суде. ➡️ Из окончательной редакции обвинения исключили утверждение о том, что Мария Бонцлер передала некоему Дячуку персональные данные сотрудников ФСБ. Вместо этого оставили лишь формулировку о том, что она «могла их передать». То есть факт передачи уже не утверждается, но предположение о такой возможности осталось частью обвинения. Важное дополнение к последнему слову мы получили от адвоката Ильи Сидорова, Мария Бонцлер просила его передать общественности этот фрагмент: ⬅️В последнем слове я заявляю о тотальном нарушении моего права на защиту неправосудными действиями судьи, а также незаконно навязанным этим судом адвокатом по назначению. Наши позиции принципиально расходятся: Рихтер утверждает то, что не доказано, и вопреки моей воле своевольничает. Мои подзащитные — Береда, Железняков, Курсаков и Кириленко — осуждены неправосудно. Их пытали сотрудники УФСБ, в том числе током. Доказательства по их делам сфальсифицированы как под копирку: подброшены одни и те же телефоны, взрывные устройства, а также фальшивые переписки с СБУ. Обо всём этом я заявляла в судах в качестве защитника-адвоката, в том числе и в прениях по их делам. Меня судят вовсе не за то, что я якобы совершила, а за то, что я много знаю о преступлениях спецслужб и у меня нет страха ни перед ними (УФСБ), ни перед судом. Меня нельзя ни унизить, ни запугать, меня можно только убить, чем суд и занимается➡️ Полную версию последнего слова (которая может отличаться от версии, произнесённой в суде) Марии Бонцлер мы опубликовали на сайте «Слова защите».