Freedom Letters смогли начать продажи новой книги Саши Скочиленко на Ozon О продаже книги еще в прошлую пятницу рассказал издатель Георгий Урушадзе: «Саши Скочиленко напечатали в Москве, продается на Озоне. Надо побыстрее купить, чтоб была возможность сделать следующую поставку». Книга Скочиленко «Мой тюремный трип» доступна до сих пор, причем в ее аннотации открыто говорится о политических репрессиях в России: «В марте 2022 года Саша Скочиленко, молодая музыкантша и художница из Петербурга, оставила в супермаркете недалеко от дома ее друга пять бумажных ценников с антивоенными текстами. Она не могла и предположить, какой маховик репрессий запустит этот крошечный акт неповиновения. Через две недели полиция устроила облаву на Сашу и отправила ее в СИЗО. Команда следователей, судей, прокуроров и экспертов на протяжении двух лет в семнадцати томах дела доказывала, что пять бумажек — серьезная угроза национальной безопасности и проявление ненависти и вражды к российской армии. «Дело о пяти ценниках» стало символом абсурдно жестоких репрессий российских властей против несогласных с войной в Украине <…>». Напомним, ранее в интервью «Соте» Урушадзе рассказывал, что регулярно издает и продает в России антипутинскую литературу: 💬Боятся книжек. Бляха-муха! Книжки читает 10% населения. А они боятся и запрещают. Окей, тогда мы издаем книги поблизости от Кремля и рассказываем об этом. И они ничего не могут сделать! С этими книгами начинают бороться — и не справляются. А мы продолжаем. Мы издаем в России, мы завозим в Россию. Мы умеем обходить эту систему. Сегодня продалась очередная порция «Мыши» Ивана Филиппова. В России. Запрещенной генпрокурором и забаненной Роскомнадзором «Мыши». Филиппова. Добрый, нежный триллер, где не выживает ни один представитель Кремля. Ну или гениальный квир-роман «Спрингфилд» Сергея Давыдова. Уже тогда в РФ даже слово «гей» нельзя было говорить, а мы в километре от Красной площади три тиража напечатали и продали. Со словами: это наша акция поддержки всех, кого власть хочет сделать невидимыми.💬 Freedom Letters не наделены в России репрессивными статусами, однако Урушадзе внесен в список «иноагентов».