Томас Венцлова представил в Вильнюсе свой поэтический сборник «Пейзаж с Полифемом» Презентация книги прошла вечером пятницы в вильнюсском «Рефоруме». И помещение, и автор предисловия к сборнику, Полина Барскова, объявлены в России «иноагентами»: а в зале – помимо литовцев – присутствовали российские беженцы, сотрудники «нежелательных организаций» и бывший политзаключенный Евгений Бестужев. Сам Венцлова – почетный профессор Йельского университета, в котором он работал с 1980 по 2012 годы: в июле Йель был объявлен в РФ «нежелательной организацией». 88-летний Томас Венцлова – один из самых известных современных представителей культуры Литвы. Он был вынужден эмигрировать из нее в конце 70-х годов из-за своих диссидентских взглядов: в круг его общения входили Анна Ахматова, Иосиф Бродский, Надежда Мандельштам, Чеслав Милош и другие классики мировой литературы, причем Венцлова переводил их стихи на литовский, а Бродский и Милош, в свою очередь, переводили его литовские стихотворения. Новый сборник Венцловы собрал стихи последних лет: как литовские оригиналы, так и их русскоязычные переводы. Структурно книга повторяет литовскую книгу поэта «За Анной и Бернардинами» (имеются в виду два вильнюсских собора, за которыми находится гора Трех Крестов с обзорной площадкой на город), но «Пейзаж…» дополнен тремя стихотворениями о войне в Украине. (Само название «Пейзаж с Полфиемом» отсылает к одноименной картине Николя Пуссена.) На встрече присутствовали трое из четырех переводчиков книги, а также издатель – основатель нью-йоркского проекта «Тамиздат» Яша Клоц, бывший аспирант Венцловы. Они грустно пошутили, что русско-литовскую книгу сейчас можно издать только в Нью-Йорке, а не в Москве или Вильнюсе. Помимо чтения стихов и комментариев об их создании Венцлова также отвечал на вопросы, вспомнив, в частности, свой диалог с Надеждой Мандельштам о том, что, по мнению Осипа Мандельштама, поэт оправдывает свое существование, если оставляет после себя хотя бы 30 хороших стихотворений. Венцлова отметил, что, к примеру, Пушкин, конечно, превзошел эту планку, а вот у Набокова получается найти лишь 8 таких текстов. О переводе Бродским своих стихов Венцлова рассказал, что это в том числе была форма помощи ему, чтобы вниманием на Западе, после публикации в журнале «Континент», оградить от ареста в Советском Союзе и склонить власти к разрешению на эмиграцию, что в итоге и получилось. До войны в России должен был выйти двухтомник Венцловы «История Литвы», однако издание было остановлено по цензурным соображениям. Автор надеется, что книга все же будет издана за границей и сможет попасть в Россию, разрушая формируемые сейчас в ней Владимиром Мединским представления об истории. Фото: Руслан Терехов / SOTA