Команда ученых под руководством эволюционного антрополога Марка Дайбла составила рейтинг моногамности разных видов. Для этого исследователи изучили соотношение родных и сводных братьев и сестер у людей и животных. Что это за методика? Сейчас объясним. По словам ученых, у тех видов, которые предпочитают моногамию, обычно больше родных братьев и сестер, чем сводных. А вот в полигамных отношениях все, ожидаемо, наоборот. Это уже не первое исследование, в котором этот параметр используется в качестве показателя моногамии, но первое, в котором сравниваются показатели моногамии у людей и других млекопитающих, — говорит Дайбл. И какие выводы? Исследователи сравнили людей с 34 другими млекопитающими и выяснили, что мы находимся на почетном седьмом месте в рейтинге моногамности. Доля родных братьев и сестер у нас составляет 66 %, что значительно выше доли сводных. Лидером по моногамности оказалась калифорнийская оленья мышь, второе место заняла африканская дикая собака. Человек также уступил евразийскому бобру, но обошел белорукого гиббона и суриката. Кстати, близкие нам шимпанзе и гориллы в список моногамных не вошли: шимпанзе ведут промискуитетный образ жизни, а гориллы живут в полигамной системе, где один самец спаривается с несколькими самками. Насколько вообще ок сравнивать нас с животными? В статье The Independent Дайбл подчеркнул, что исследование оценивает именно репродуктивную моногамию, а не сексуальное поведение: «У большинства млекопитающих спаривание и размножение тесно связаны. У людей контрацепция и культурные обычаи разрывают эту связь». Изабель Смаллеганж, старший преподаватель популяционной биологии в Ньюкаслском университете, назвала метод исследователей «оригинальным способом сравнения моногамии у млекопитающих». По ее мнению, хотя люди относительно моногамны, наш социальный успех во многом зависит от сочетания парных связей, родственных сетей и культурных институтов. Такие вот дела — подписывайся на 43!