СОЛДАТСКАЯ ПРАВДА

Мне сообщили, что на «виллу» прибыли два сотрудника местной государственной охраны (специализированное подразделение милиции). Выйдя на улицу, я увидел двух вооруженных пистолетами милиционеров, беседовавших с Пономарёвым на повышенных тонах. Сам Пономарёв был вооружен пистолетом «Стечкина» (как позже выяснилось — учебным, взятым ранее из оружейки Донецкого СБУ). Вдвоем с «Ромашкой» мы «взяли под стволы» (стрелять не пришлось), разоружили и заковали в наручники обоих милиционеров. Насколько помню — кто-то из местных нам помогал. Основная группа по-прежнему задерживалась, а на «виллу» прибыл местный начальник «державной охраны» и начал громко требовать немедленно освободить сотрудников, угрожая собравшимся всяческими карами. «Ромашка» по моей команде хорошо поставленным ударом в солнечное сплетение отправил офицера «в аут» и тоже заковал в наручники (небольшой запас которых мы предусмотрительно имели с собой). Данное событие вызвало одобрительное оживление у собравшихся активистов. И как раз в это время прибыл, наконец, автофургон, откуда вывалились толпой наши «варёные» бойцы». Легковушка и грузовик с бойцами задержались с прибытием, так как грузовику приходилось останавливаться каждые 20 минут, чтобы находящиеся внутри бойцы попросту не задохнулись. Рассказывает ополченец Дмитрий Жуков (Кедр), боец группы Стрелкова: «Внутри фургона тесно, темно, глина на берцах высыхала и превращалась в пыль, которая стояла стеной от тряски, но было весело. Когда мы всё же прибыли и стали вылезать из фургона, я чуть не подавился от смеха. Дело в том, что в фургон мы грузились ночью, и никто не обратил внимания на большую красную надпись «Нова почта». Местные теперь уже не с недоверием, а с благоговением смотрели на прибывших, так как все стрелковцы были в одинаковой экипировке и имели вооружение. Все сразу решили, что это долгожданная помощь из России, те самые «зелёные человечки». Около семи утра, когда с выгрузкой закончили, подтянулись ещё активисты. Из Дружковки привёл свой отряд бывший «афганец», заместитель председателя городского общества ветеранов Афганистана Юрий Проценко (Душман). Так была сформирована группа, которую Стрелков сразу направил на захват местного горотдела милиции. Стрелков: «Прибыв к зданию милиции, я приказал оцепить его нашими автоматчиками, взяв окна под прицел, а сам, вместе с Пономарёвым, подошел к центральному входу, у которого столпилась группа в несколько десятков (50—70 человек) местных активистов. Железные двери были заперты, все окна — плотно закрыты. Пономарёв по телефону вызвал из здания подполковника, с которым начал переговоры. Я стоял рядом и наблюдал. Через пару минут мне стало ясно, что результата переговоров не будет „от слова совсем“ — офицер откровенно „тянул время“ и — в то же самое время — довольно агрессивно требовал „разойтись по домам“. При этом несколько мужчин из толпы (сотрудники в гражданской одежде, либо агентура) оказывали ему моральную и даже физическую поддержку, оттесняя наших активистов. А когда подполковник прервал переговоры и попытался уйти в здание и я приказал его задержать — указанные сотрудники в штатском попытались его защитить. Пришлось мне стрелять в воздух. Но даже это не вполне сломило сопротивление». Так как взрывчаткой его бойцы не располагали, то Стрелков приказал подогнать к зданию микроавтобус с тросом, чтобы (на основе своего чеченского опыта) сдёрнуть хлипкую решётку с окна первого этажа. Микроавтобус далеко не с первой попытки выдернул тросом решётку, после чего бойцы проникли в дежурную часть. Был открыт огонь по окнам и поверх голов. Сам Стрелков забросил имевшиеся у него две химические дымовые шашки в «оружейку», выкурив оттуда двух милиционеров. Они выскочили в дежурку и открыли огонь из автомата через стекло — не целясь, «на испуг». Стрелков тоже для острастки дал очередь повыше голов. После этого оба милиционера видя, что нападавшие настроены решительно, сразу сдались.