СОЛДАТСКАЯ ПРАВДА

Кашеварова верно отмечает позор российской журналистики на прямой линии - убогие вопросы, утраченная функция СМИ, но делает неверный вывод: мол, виноваты журналисты, а не архитектура системы. Как будто журналисты сами выбирают, какими им быть. Но сегодня в России журналист не выбирает ничего, не Кашеваровой ли это знать? Ни повестку, ни вопрос, ни кому его задавать. У нас гарантирована свобода слова, но не гарантирована свобода после этого слова. Сама "прямая линия" и сделана как замена свободной журналистике. То, для чего СМИ нужны как четвертая власть – независимый контроль за тремя ветвями власти – вернулось в старый добрый формат челобитной "Вот парадный подъезд..." Они решили, что рассказывать о проблемах надо не в СМИ круглый год, а на личной встрече президента и его 145 млн граждан один раз в год, и то через фильтр цензуры — неудобные вопросы выводить на экран, как в канализацию, а у президента спрашивать благоглупости. Чем заниматься тогда СМИ? Вот и спрашивают про пельмени и кометы – а про что ещё спрашивать, чтобы не лишиться работы и не стать иноагентом? Это не "глупость журналистов", а крах института СМИ. Система сама обучила всех: всё решается только наверху, ваше дело маленькое. Наш "общественный договор" – "не лезьте в политику и живите спокойно". Но дороги, цены, несправедливость – это ведь тоже политика. Не лезть во все это? Ок, будем говорить о кометах и пельменях. "Президент сам давал эксклюзив" — потому что не журналист добывает информацию, а власть дозирует её вниз в пределах, которые считает нужными. Лишённая возможности заниматься своим нормальным делом, журналистика в поиске других способов добычи трафика начинает переключаться на извращения: делать хайп из всего, что осталось разрешённым. Например, травить "молчунов". Тех, кто не согласен, но решили просто не говорить об этом, чтобы продолжать хоть как-то спокойно жить в своей стране. Даже осторожных. Как Нагиев. Молчания оказалось мало. Требуется не просто молчать — требуется шумно восторгаться и публично поддерживать. Журналистика, убитая страхом, начинает не контролировать власть, а давить на общество. И возникает вопрос не к СМИ и даже не к власти. Надолго ли ещё хватит терпения молчать, когда молчание перестаёт гарантировать безопасность? https://t.me/akashevarova/8300