— Спорим, после моего выступления, ты сама будешь умолять, чтобы я тебя поцеловал?Мне до сих пор было сложно определиться, меня восхищает или бесит его самоуверенность. — Окей, — после недолгих раздумий ответила я. — Попробуй меня удивить. — О, это я люблю. — Райнер расплылся в улыбке, как у Чеширского кота. — Не одолжишь помаду? — Зачем? — Я отказываюсь выступать без сценического грима. Не дожидаясь разрешения, он полез в мою сумку, достал оттуда мою любимую, охренительно дорогущую, ядерно красную помаду и вопиюще небрежно накрасил жирным слоем свои полные губы. Не отрывая от меня нахального взгляда, этот паршивец размазал ее ладонью по щеке и подбородку. — Согласись, я неотразим. — Ты стал похож на размалеванную потаскушку, — с каменным выражением лица парировала я, хотя очень сильно хотелось улыбнуться. — На то и расчет. — Он игриво подмигнул, а потом ловко расстегнул все пуговицы на рубашке, взлохматил волосы и направился к сцене. Все таки Райнер Эдриан Вэнс меня больше бесил, чем восхищал, потому что, черт его дери, он и правда был неотразим. Даже с размазанной помадой на губах. Через несколько мгновений из колонок полилась знакомая мелодия, и я воззвала к высшим силам, ибо поняла что спор выиграть будет очень сложно. Райнер собирался петь мою любимую песню. ☕️ «Миндальный капучино и соленая карамель»