Уехать нельзя остаться: как северные моногорода могут работать с оттоком специалистов В рамках серии дискуссий о реконцептуализации индустриальных городов — в частности северных территорий, с их суровым климатом и удаленностью, — «Платформа» поговорила с Галиной Пивовар, эконом-географом, урбанистом, экспертом по устойчивым практикам территориального развития, участником разработки стратегий и мастер-планов для ряда северных территорий. Вместе с экспертом ищем ответы на вопросы: что на самом деле удерживает людей в моногородах, а что, наоборот, выталкивает? И почему ставка на арендное жилье доступна не для каждого населенного пункта, а ощущение безопасности может оказаться важнее масштабных объектов социальной инфраструктуры? Часть I В экспертной работе с малыми и средними городами, особенно — с северными, неизбежно всплывает ключевая тематика — назовем ее общим словом — депопуляция, хотя за ним кроется десяток значимых различий. Характерно, что обсуждается в первом приближении всегда явная симптоматическая часть — отток/уменьшение молодого (трудоспособного) населения и последующие риски для рынка труда и градообразующего предприятия, чья производственная модель инерционно рассчитывает на определенный масштаб предложения на рынке труда. Однако базовые предпосылки этого явления — многофакторные, к ним относится и образовательная миграция, и более диверсифицированный рынок труда крупных центров, и поколенческая трансформация карьерных приоритетов, и общая для страны в целом негативная динамика суммарного коэффициента рождаемости (СКР). В рамках колонки мы попробуем порассуждать про те факторы, масштаб которых сопоставим с возможностями выстраивания политики уровня региона, муниципалитета или компании. К примеру, повышение СКР не относится к данной категории, поскольку политика стимулирования рождаемости — одна из наиболее сложных, лонгитюдных, и ресурсоемких задач, в силу чего решается прежде всего на национальном уровне. Человекоцентричная политика и осмысление жизненного цикла В алармистской дискуссии о депопуляции мы зачастую широкими мазками просто оцениваем отрицательную демографическую динамику, ставя в центр дискуссии город как объект осмысления. Однако ключевым элементом для дискуссии должен становиться человек, его субъективная личная стратегия. Она, в свою очередь, во многом определяется жизненным циклом и представлением о приоритетах личности. Такие компании, как «Норникель», работающие в суровых условиях Крайнего Севера, или нефтегазовые холдинги, прекрасно понимают: сотрудник, адаптировавшийся к территории, имеет более высокую ценность. Поэтому стратегии компаний по удержанию людей дополнительными возможностями абсолютно рациональны. Создаются условия для самореализации, обеспечивается определенный уровень комфорта для сотрудника и его семьи, решаются социальные вопросы. Не случайно «Норникель» вкладывается в сложные социокультурные и креативные проекты — например, создание в историческом центре Норильска современного общественно-культурного пространства «Башня» для искусства, образования и живого общения горожан.. Такие проекты восполняют запрос на развитие культурно-досуговой сферы, интегрируют людей в пространство городской жизни и формируют сообщества. Но успешность этой стратегии зависит от осмысленного подхода работы именно с жизненным циклом человека, без попытки «решить все проблемы разом». К примеру, совершенно нормально, что часть старшеклассников отправляются в образовательную миграцию в крупные города, мы никогда не удовлетворим полноценный запрос на высшее образование в каждом малом и среднем городе. 🔹 Канал ЦСП «Платформа»