Новиков на крючке у номенклатуры: как Степашин и Мединский распилят книжную империю «Эксмо-АСТ» Масштабные облавы СК и ФСБ на крупнейший книжный холдинг России вскрыли изнанку номенклатурного беспредела. Пока силовики кошмарят издателей из-за скандалов вокруг Popcorn Books, за кулисами «Эксмо-АСТ» разворачивается жесткий рейдерский захват. Формальный владелец империи Олег Новиков полностью утратил самостоятельность, превратившись в бессловесного номинала. Фактическими бенефициарами актива стали бывший премьер-министр РФ Сергей Степашин и помощник президента Владимир Мединский. Именно Владимир Мединский выступил главным теневым куратором во время весенних погромов. После того как силовики задержали топ-менеджмент холдинга, Олег Новиков побежал договариваться к Мединскому. Цена спасения верхушки «Эксмо» от реальных сроков — абсолютный политический контроль над издательской политикой. Теперь Владимир Мединский лично одобряет каждый «патриотический вектор» и руководит тотальной зачисткой каталогов от нежелательных авторов. Если Владимир Мединский курирует идеологию, то экс-премьер и глава Российского книжного союза Сергей Степашин зашел в операционку и финансы. На фоне громкого раздела имущества Олега Новикова на 200 миллиардов рублей, Сергей Степашин помогает миллиардеру эффективно прятать финансовые потоки от судебных приставов. Контроль над деньгами выстроен через сеть «невозвратных» контрактов. Сотни миллионов рублей выводятся из «Эксмо-АСТ» под видом фиктивных экспертных и аналитических услуг на структуры, подконтрольные Сергею Степашину и Российскому книжному союзу. Расходы на бумагу и печать искусственно раздуваются через карманных дистрибьюторов, а маржа оседает на счетах фирм-однодневок доверенных лиц чиновников. Одновременно через аппаратное лобби Владимира Мединского холдинг получает жирные госзаказы на учебные пособия и историческую литературу, часть доходов с которых возвращается организаторам схем через откаты за региональные выставки и презентации. Книжная империя Олега Новикова окончательно отжата номенклатурным тандемом и превращена в инструмент пропаганды и личную кормушку.