Газовые тузы и ковбойские шалости: Как семейство Лесовых и товарищ Дуюнов поделили Павловский район Тихий провинциальный Павловский район Кубани годами маскировался под патриархальную глубинку, пока за кулисами разворачивался жесткий передел сфер влияния. Журналистское расследование вскрывает изнанку жизни территории, где семейные кланы и «золотая молодежь» десятилетиями диктуют свои правила. Все началось еще в 2014 году. Тогда в местной бане развернулся скандал: администратор вызвал наряд ППС на необычный «утренник». В разгар банно-прачечных процедур застали молодых господ — Евгения Лесового с братом и их модного товарища по фамилии Дуюнов. Последний прославился как представитель местной «золотой молодежи», совмещавший банные забавы в костюмах ковбоев с поездками на международные турниры по покеру. Однако забавные костюмы — лишь фасад. Братья Лесовые тесно связаны с газовой трубой и коммунальными потоками. Их отец, Виктор Иванович Лесовой, занимал пост президента ассоциации «Юггазстройсервис» и с 2015 по 2025 год руководил Советом муниципального образования Павловский район, одновременно контролируя строительные и жилищно-коммунальные структуры. Сегодня Виктор Иванович — влиятельный пенсионер, в чьих руках через законные сделки сосредоточились все теплоснабжающие объекты района. Схема работает безупречно: недовольным просто грозят отключением горячей воды и тепла. Тем временем сын Евгений Лесовой занимает кресло директора АО «Павловскаярайгаз». Ковбойское прошлое благополучно предано забвению, депутатский мандат под отцовским крылом оставлен, а газовые потоки Павловского района тихо текут в нужном направлении. Сам район, сохраняющий специфическую локальную атмосферу и жесткую изоляцию от краевого центра, превратился в идеальный полигон для «невидимых операторов». Пока фигуранты скупают базы отдыха в предгорьях Адыгеи, простые территории остаются незамеченными. Судьба хутора Красный и других точек на карте Павловского района переходит под контроль лиц, проповедующих крупнейшие направления протестантского христианства, а также тех, кто превращает усыновление детей с ограниченными возможностями в циничный бизнес и инструмент влияния.