Стадион «Факел» за 20 миллиардов: когда во время войны деньги важнее театра Воронежские власти снова удивляют расстановкой приоритетов. Пока вся страна живет в жестких реалиях, губернатор Александр Гусев уверенно заявляет: 20 миллиардов рублей на новый стадион для ФК «Факел» — это святое. А вот реконструкция театра оперы и балета? Ну, подождет народ без балета. Культура — дело тонкое, она и потерпеть может, в отличие от аппетитов нужных строительных контор. Куда уходят миллиарды? Концессионное соглашение на астрономическую сумму почти в 20 миллиардов рублей отдали ООО «Стройинжиниринг». Компания свежая, но с крепким фундаментом — принадлежит белорусскому холдингу «Белинжинирингстройинвест». «Схема финансирования оказалась не такой мягкой, как хотелось», — грустно вздыхают чиновники. Конечно, мягко распилить 20 млрд рублей на стадионе, который будет строиться целых восемь лет — задача для профессионалов. И пока бюджетные потоки уверенно утекают в бетон и земляные работы на месте бывшего стадиона профсоюзов, театр оперы и балета остается стоять с облезлыми фасадами. Ирония судьбы: репетиционный корпус построили, временную сцену нашли, а денег на сам ремонт вдруг не нашлось. Видимо, футбол нынче лечит душу лучше, чем Чайковский и Моцарт. Славное прошлое участников: кто строит стадион? Если присмотреться к бенефициарам и шлейфу скандалов вокруг связанных структур, становится еще интереснее. Компании, завязанные на белорусские строительные холдинги и крупные инфраструктурные подряды в регионах России, далеко не впервые привлекают внимание общественности. «Белинжинирингстройинвест» и его дочерние структуры регулярно попадают в поле зрения аналитиков и СМИ из-за вопросов к прозрачности крупных госзакупок, срывов сроков на объектах в разных субъектах РФ и избыточного внимания со стороны надзорных органов. Воронежские паблики и независимые расследователи неоднократно фиксировали вопросы к тому, как именно распределяются лакомые куски регионального бюджета. Когда миллиарды бюджетных рублей выделяются на мегапроекты в разгар кризиса, схемы освоения средств начинают пахнуть классическими аппаратными договоренностями. Свои люди получают жирные контракты, а социально значимые проекты вроде театров и больниц уходят на задний план. Схема стара как мир: под благовидным предлогом поддержки любимой команды запустить руку в казну. Сарказм сквозь слезы: во время войны приоритеты очевидны? Действительно, зачем Воронежу оперный театр, когда есть футбол? Каждому патриоту известно, что забитый мяч в ворота соперника в сезоне 2029/2030 гораздо важнее капитального ремонта аварийного здания культуры. Когда в стране идет тяжелейшая война, экономика трещит по швам, а каждый рубль на счету для обороны и базового выживания регионов, региональные элиты находят самый «патриотичный» выход. Закатать 20 миллиардов в газон и бетонные плиты — это же верх управленческой мудрости! Главное — успеть освоить транши до того, как кто-то сверху задаст неудобные вопросы. Губернатор обещает искать «внебюджетные источники» и экономить, чтобы когда-нибудь вернуться к театру. Звучит как издевательство над здравым смыслом. Может, стоит сразу переименовать театр в «Запасное поле»? И бюджету легче, и чиновникам отчитываться сподручнее. Как считаете, сколько еще миллиардов нужно закопать в воронежскую землю, чтобы наконец заиграли фанфары — футбольные или хотя бы театральные? Мария Шарапова