P. S. Закончил пьесу. Ненавижу ее на обоих языках. Самуэл Беккет — Барбаре Брей. 1959 Not I. В книге с очень точным названием «Беккет: путь вычитания» Анатолий Рясов фиксирует, как менялся язык и метод Беккета на протяжении жизни. • Отказ от джойсовской традиции: в начале своего пути Беккет писал под сильным влиянием Джеймса Джойса — его тексты перегружены аллюзиями, сложными метафорами и культурными кодами. • Радикальное упрощение: со временем писатель начинает последовательно избавляться от языковой избыточности, стремясь к максимальному аскетизму текста. • Движение к тишине: финальная точка эволюции — уход от привычного значения слов. Язык у Беккета постепенно теряет коммуникативную функцию и растворяется в «честном молчании» и пустоте. Речь распадается на паузы, повторы и тишину. Отсутствие слов становится весомее самих слов. Параллельно происходит исчезновение персонажа. Субъект постепенно стирается, персонажи превращаются в тени, голоса или механизмы, теряя память, идентичность и даже способность передвигаться (как герои, живущие в мусорных баках в пьесе «Конец игры»). Гуру постдраматического театра Хайнер Гёббельс называл Беккета своим учителем. Его термин «эстетика отсутствия» = беккетовскому Not I. - в P. S. на Пушкинской, 10 - в Порядке слов на Фонтанке, 15