Как Карина Разумовская ищет своих героинь и преодолевает страх перед сценой Карина Разумовская сыграла у Рустама Хамдамова ещё в детстве, а теперь выносит детей из горящего дома в экранизации «Леса» Светланы Тюльбашевой. В осеннем специальном выпуске «Сноба», посвящённом искателям, актриса дала большое интервью Егору Спесивцеву: О том, как на съёмках «Леса» едва не сбила каскадера Казалось бы, элементарная вещь: каскадер выкручивала руль, а мне нужно было просто нажать на газ — и резко затормозить прямо перед камерой. Ничего сложного, но оператора что-то не устраивало, и с каждым дублем радиус круга становился всё больше и больше. На обочине у нас стояла каскадер, переодетая в бабушку, и я сказала ребятам: «В следующем дубле я эту бабушку собью». Это и произошло. Слава богу, что Саша, каскадер, с которой мы не первый раз работали вместе, успела отскочить, но мы опрокинули ее торговый лоток с банками и ягодами. Зато я все-таки нажала на тормоз — и не сбила камеру. Конечно, дубль всем понравился. Это был первый съемочный день. Потом у нас горел дом: нужно было пройти через проем, охваченный огнем, с детьми на руках. Мне перед сценой сказали: «Там под ногами будет огонь, но ты не бойся, его немножко!» И вот я выхожу, держу ребенка и понимаю, что огня «множко». Собой я бы еще рискнула, но ребенком — ни в коем случае. И много еще чего было… Но это я уже не расскажу (смеется). О том, как устала играть мам Есть такой момент: меня в последнее время просто закидали разными сказками, где нужно сыграть маму. Я согласилась на «Снеговика» и «Богатырей», но это, конечно, боль, и я хорошо понимаю Ксению Раппопорт, когда она говорила: «Мне нужна история женщины 50+. Не бабушка чья-то, не мама главного героя, не гарнир и не салат». Потому что ну сколько можно играть мам? В «Аутсорсе» — другое дело, там было что играть, но эта проблема шире конкретного типажа. После «Мажора» мне очень долго присылали «ментов», после «Трассы» — женщин с огромной драмой, сейчас пошли мамы мальчиков, и уже хочется кричать: «Ребята, я и по-другому могу!» О страхе перед выходом на сцену Перед сценой мне очень-очень страшно, и сейчас тоже. Но потом становится так кайфово, как будто я все-таки артистка! (Смеется.) И своим делом занимаюсь. Мне просто очень нравится работать. А так, конечно, и руки дрожат, и живот болит. Стандартный набор молодого артиста, да и не только молодого. Алиса Бруновна Фрейндлих до сих пор волнуется перед выходом на сцену. Не знаю, дрожат ли у нее руки, но я однажды подошла восхититься ее работой после спектакля «Волнение», спросила: «Как вы так смело это делаете, не боитесь?», — а она сказала: «Ты не представляешь, как я боюсь!» Если даже такие артисты боятся, то что тут сделаешь? Просто когда ты опытен, можно «закрыться» техникой, чтобы зритель волнения не видел. Но у меня до сих пор первые десять минут руки в холодном поту. А потом всё проходит само собой. Читать полностью Фото: Ася Минеева 🖤 Telegram | VK | MAX