Писатели Секисов, Птицева и Павлова — о юности, свободе и страхе В чем выражаются в вашей прозе и прозе ваших сверстников молодость и юность? Антон Секисов: Я исхожу из того, что взрослость — это некая завершенность, жизненная определенность. То есть человек взрослый — человек, который определился или его определили. Он принял решение, он знает, как живет, и траектория его жизни не меняется. А юность — это некая жизненная неопределенность. Она свойственна героям моих текстов: они никак не могут зафиксироваться в жизни, найти свое место. Ольга Птицева: Я пишу для молодых взрослых, от 16 до лет 25. И если попробовать объединить такой большой период жизни моей аудитории, можно сказать, что это люди, которые не боятся долго находиться в процессе поиска себя, своего места, поиска тех людей, которые будут для них семьей. Светлана Павлова: Я, наверное, продолжу Олину мысль про жизнь не по заданному шаблону. Из того, что замечаю среди ровесников и за собой: есть тренд и в быту, и, что называется, в искусстве не делать так, как было «тогда». Может, несколько перформативный даже: не хотим воспитывать детей, как воспитывали нас. Полный разговор Аси Шевченко с авторами «Альпины.Проза», «Редакции Елены Шубиной» и «Поляндрии» можно найти по ссылке Фото: Дмитрий Журавлёв 🖤 Telegram | VK | MAX