А что «на конце»? По какой стоимости объекты в итоге вышли на стройку? Сколько «сэкономленных» на входе смет вернулось на повторную экспертизу — и подорожало? В пресс-релизах эта информация не публикуется никогда. Потому что «проверка достоверности сметной стоимости» по факту — это проверка соответствия смете действующей редакции ФСНБ: правильно ли выбраны расценки, корректно ли применены коэффициенты. А вот исходный конъюнктурный анализ — та самая рыночная цена — экспертизой по существу не перепроверяется. Мы уже писали, во что это превращается без независимой проверки: у ГК «Автодор» конъюнктурный анализ проигнорировал ФССЦ, а завышение нашла не экспертиза, а Счётная палата. Денис Белюк из ППК «Единый заказчик» рассказывал, что ему пришлось собрать отдельную команду из 15 человек, чтобы вручную перепроверять КАЦ подрядчиков. Обработка документов, которая раньше занимала 4–5 часов, теперь укладывается в 10–15 минут, а сметные расчёты в экспертизе проверяются «в 20 раз быстрее». Одновременно с этим Минстрой и ГГЭ поднимают норматив трудозатрат на саму экспертизу на 26% — с 36,83 до 46,36 человеко-дня. Обработка файла — быстрее. Сама экспертиза — дольше. Трудоёмкость — больше. Цифровизация уже есть. Вопрос, который она пока не решает, — тот же самый: как считалась исходная цена и кто отвечает, если она разошлась с фактом. В статье Игоря Манылова ко Дню строителя написано: «экспертиза всегда выступает в роли гаранта безопасности и надёжности каждого объекта». Абсолютно так. Но абзацем выше в этой же статье сказано, что заключение эксперта подтверждает в том числе достоверность сметной стоимости объекта. А достоверность — это не то же самое, что надёжность конструкции. Надёжность проверяется расчётом один раз и не меняется со временем. Достоверность цены — это утверждение о будущем: о том, за сколько объект реально построят. И вот здесь как раз и живёт разрыв: «смета на старте и на выходе — разные документы», «что на конце». Всё новое — хорошо забытое старое. 320 лет — солидный юбилей. Институт пережил Петра, революцию, распад СССР. А вопрос «за сколько строим и кто за эту цифру отвечает» не изменился ни на день. Эволюция действительно состоится не тогда, когда ИИ научится быстро читать XML. А тогда, когда данные, которые он читает, наконец станут теми самыми — актуальными, проверяемыми, живыми.