🧬 Есть ли в ваших генах тяга к приключениям? Мы поговорили с Артёмом Исаевым, руководителем Лаборатории анализа метагеномов, старшим преподавателем Центра био- и медицинских технологий Сколтеха. Он выступил научным консультантом выпуска «ПинКод 2.0» «Ген авантюризма», и мы спросили: действительно ли наша любовь к риску записана в ДНК, можно ли это измерить и стоит ли сдавать тест, чтобы выбрать профессию. 🧬 Насколько вообще научно обоснована идея о существовании «гена авантюризма»? Действительно ли наши склонность к риску и любовь к приключениям могут быть «записаны» в ДНК, или это всё-таки результат воспитания? Это одновременно один из самых старых и самых сложных вопросов генетики. Его формулируют как «генетика или среда», и часто такие исследования обращаются к однояйцевым близнецам, которые генетически идентичны, но росли в разных семьях. Проблема в том, что такую тонкую материю, как авантюризм, сложно измерить. Гены могут влиять на поведение тысячами разных путей, и в то же время на одну особенность поведения могут влиять тысячи разных генов. Учёные оперируют корреляциями и пытаются связать частоты генетических вариантов с параметрами поведения. «Конечно, генетика формирует наши склонности, — говорит Артём Исаев. — Но мы не можем однозначно определить ген, отвечающий за авантюризм. Некоторые варианты генов связаны с более высокой склонностью к риску, но их наличие или отсутствие не является определяющим». 🧠 Почему наш мозг вознаграждает одних за прыжок со скейта, а других — за спокойную езду? Дофаминовую систему часто называют системой вознаграждения и подкрепления поведения. Дофамин — это маленькая молекула, которую нейроны распознают с помощью специальных белковых рецепторов. Чувствительность рецепторов к дофамину может меняться из-за мутаций — и тогда сила реакции на совершённые действия тоже будет разной. «Если рискованное действие завершилось успехом, мы испытываем радость и хотим его повторить. Если при попытках научиться кататься на скейте мы часто падаем — желание возвращаться пропадает», — объясняет учёный. При этом он честно добавляет: «Я сам не эксперт в нейробиологии, но, думаю, наука ещё очень далека от понимания того, как наше поведение формируется на молекулярном уровне активности нейронов». 📊 Может ли «скейт-парковый тест» (как в мультфильме) предопределить будущее ребёнка? Или это просто «инструкция», которую можно переписать? Генетическое тестирование — важный способ лучше понять свой организм. Во многих странах, включая Россию, работают крупные программы по определению геномов населения. Но их главная польза — борьба с генетическими заболеваниями и выявление рисков. «Пока что нет генетических вариантов, которые бы однозначно говорили об успехе в спорте, шахматах, науке или любой другой сложной сфере, — подчёркивает Артём. — Результаты теста полезно обсудить с врачом-генетиком, но не стоит делать из этого вывод о будущей профессии». 🛹 Если юный зритель захочет узнать, есть ли в нём «ген авантюризма» — бежать сдавать ДНК-тест или просто пробовать себя в разных активностях? «Я бы советовал пробовать себя в разных активностях, — отвечает учёный. — Никакой генетический тест не определит, что у вас будет получаться лучше и какая деятельность принесёт больше удовольствия». При этом сдать ДНК-тест тоже может быть полезно — особенно чтобы подстраховать себя от рисков заболеваний. А если вопрос о том, как генетика влияет на поведение, кажется интересным — стоит глубже знакомиться с тем, как работают гены, белки и нейроны. В этой области осталось ещё много неизученного. 🎬 Смотрите «ПинКод 2.0» на «Кинопоиске» и Kion и узнавайте, как наука становится основой для самых неожиданных сюжетов! #Пинкод_КодНауки 👻 Сколтех в МАХ 📲 Сколтех в VK