Ситуация: вы в 2012 году регистрируете в X* ник своей любимой певицы. Через 14 лет этот ник забирают, чтобы отдать его самой певице. Так случилось с Ксенией Ермохиной из Новороссийска. Её @miley передали Майли Сайрус, которая проводит ребрендинг. Певица в соцсетях и на сайте стала представляться как Miley, без фамилии Cyrus. Ксения говорит, что ни X, ни команда Майли с ней не связывались. Более того, она сама была готова отдать ник, если бы с ней просто поговорили. На этом месте ситуация перестаёт быть просто историей про ник. В соцмедиа это превращается в человеческую историю про несправедливость и предпосылки к репутационному риску. У пользователя забрали ник для Майли Сайрус. Появляются вопросы к технической стороне. Собственные правила X говорят: если нужный ник занят неактивным аккаунтом и нет нарушения товарного знака, платформа не должна просто выдавать его другому пользователю. Поэтому медийному лицу перед ребрендингом стоит проверять не только «свободен ли ник?», но и: «А кому он сейчас принадлежит и как будет выглядеть наша история, если её расскажет этот человек?» Почему ситуация юридически некорректна — комментирует Юлия Мухина, адвокат АПМО, партнёр практики семейного и наследственного права МКА «Вердиктъ» и автор тг-канала «На мушке»👇🏻 Что думаете по поводу принудительной передачи ника в соцсетях медийному лицу? Влияют ли такие ситуации на репутацию? *бывший Twitter, заблокирован на территории России