Режиссер Дмитрий Черняков объединил три оперы Рахманинова сквозным сюжетом Привет, это Антон. Если вам не знаком Дмитрий Черняков, коротко рассказываю: это самый известный оперный режиссер из России, который уже много лет работает в Европе, в лучших, что называется, оперных домах (в смысле театрах). Без этой фамилии немыслим разговор о современной «режиссерской опере» — такой, где меняют обстоятельства классическим сюжетам. Пара примеров — из того, что я видел сам (обе оперы — Римского-Корсакова). «Сказка о Царе Салтане» превратилась у Чернякова в историю маленького мальчика с аутизмом, которому мама пытается объяснить на понятном ребенку языке, что произошло в их семье. А «Снегурочка» стала фолк-хоррором о современных неоязычниках — практически «Солнцестояние», только все поют. Антон Долин посмотрел в Цюрихе новый спектакль Чернякова: на сей раз режиссер поставил сразу три сравнительно редко попадающие на сцену оперы Сергея Рахманинова, «Алеко», «Скупой рыцарь» и «Франческа да Римини». Первые две основаны на сочинениях Пушкина, третья — вообще на «Божественной комедии» Данте, и связывает их исключительно имя композитора. Режиссер, однако, придумал им сквозной сюжет. Во многом эта трактовка перекликается с «Маленькими трагедиями» Кирилла Серебренникова, где тоже «несущей конструкцией» был «Скупой рыцарь» — конечно, пушкинский, а не рахманиновский. Чуть менее очевидная аналогия — «Твин Пикс» Линча: как пишет Долин, образ ада у Чернякова неуловимо напоминает Черный Вигвам. Да, там есть ад, и судя по описанию, это исключительно эффектная сцена. ___ Не открывается материал? Читайте здесь или здесь