Во Владивостоке на выставке «Печатный Двор» мои пути неожиданно пересеклись с Алексеем Шороховым. Его организаторы позвали из Москвы поговорить о литературе, навеянной событиями в зоне СВО. Я знаю Лёшу тридцать лет. Впервые я о нём услышал в начале 1996 года в Орле от главного орловского литначальника Гены Попова. Мне было интересно узнать, кто тогда формировал литпроцесс в родных краях Афанасия Фета и Ивана Бунина. Попов повёл меня сначала к Николаю Перовскому, которого когда-то очень хвалил поэт-фронтовик Сергей Наровчатов, потом к Ирине Семёновой, а затем сказал, что надо бы разыскать ещё и Шорохова. А Алексей в ту пору сдавал сессию в Литинституте, но до этого у него уже вышла первая подборка в журнале «Москва», которую очень хвалила Римма Казакова, что, к слову, очень напрягало доморощенных «патриотов». Короче: встретились мы с Алексеем уже в Москве. Я знаю, что Шорохов начал ездить на Донбасс не вчера. Он там, по сути, прописался чуть ли не в 2014 году. С тех пор Лёша многое увидел и пережил. Я читал его военную прозу. А сейчас во Владивостоке он подарил мне сборничек своих стихов «Война: 1993-2025 гг.». Я прочитал: Что знаешь о смерти, о «Ветре»? Стрелковка, разрывы вдали... О том девятнадцатом метре Двадцатой последней зари? Лёша, ты, конечно, прав. Пока мы знаем до обидного мало. Спасибо тебе, что ты несёшь правду. А ты ведь своё лучшее стихотворение так и назвал: «Правда». Друг друга за что нам стыдиться? И крови товарищей нет На наших проснувшихся лицах, Когда наступает рассвет. И вот ещё концовка этого стихотворения: Не денег искали и воли Твои золотые сыны, Что стынут в Авдеевском поле, А правды. Одной. Для страны. Будем, Лёша, и дальше биться за правду. Вячеслав ОГРЫЗКО