Вдохновившись спором про изолированную уступку, посмотрела, что по этому поводу обсуждают в Нидерландах (у нас с ними, так сказать, общий континентально-правовой фундамент). И представьте себе, там тоже про это спорят. В 2024 году Daniël Stein (Даниэл Стейн?) опубликовал диссертацию про солидарные обязательства, в которой уделил внимание и этому вопросу. Часть книги-диссертации опубликована в свободном доступе на сайте издательства (нас интересует п. 4.3.1). Его рассуждения в целом похожи на доводы сторонников изолированной уступки: если солидарные требования самостоятельные по отношению к каждому должнику, то не вижу причин, почему кредитор не может так распорядиться своим правом Однако цессионарий, обнаруживший, что его требование погашено в связи с тем, что оказался еще один (солидарно ответственный) должник, к которому цедент успешно предъявил иск цедента (ст. 6:7, п. 2 Гражданского кодекса Нидерландов), может при определенных обстоятельствах сослаться на ошибку или потребовать возмещения убытков за нарушение договора, например, если требование не соответствует условиям в смысле ст. 7:47 в совокупности со ст. 7:17 Гражданского кодекса Нидерландов или если имело место иное нарушение договора. Если цессионарий или залогодержатель знал на момент отчуждения или обременения, о том, что у цедента или залогодателя остаются требования к другим солидарным должникам, то риск погашения уступленного или заложенного требования, вероятно, уже был учтен, и я не вижу оснований ограничивать свободу выбора кредитора. Но интересно, что этим доводом менир Штайн спорит с авторитетнейшим голландским профессором Jan B.M. Vranken, который (ура!) является противником изолированной уступки (по крайней мере в статье 1999 года): Характерной чертой солидарной ответственности является то, что исполнение долга является обязательным, и кредитор, в принципе, имеет право взыскать долг с должника по своему выбору. Однако кредитор отказывается от значительной части своей свободы выбора, как только он закладывает требование к одному из двух должников третьему лицу (залогодержателю). Как и в случае с уступкой прав, он не сделает это бесплатно, а получит встречное предоставление от залогодержателя в виде, например, продления, увеличения или продолжения кредита, что позволит ему (продолжать) вести бизнес. Если бы кредитор сохранил право взыскать требование к другому солидарному должнику, минуя залогодержателя или на основе принципа «кто первый, тот и получил», возникло бы существенное неравенство. В этом случае кредитор/залогодержатель получает сумму требования во второй раз, тогда как залогодержатель не получает ничего. ... Аналогичные рассуждения можно применить и в случае, если вместо залога происходит уступка только одного солидарного требования. В этом случае первоначальный кредитор, как правило, отказывается от своего права выбора в обмен на выплату стоимости требования. В этом случае также неясно, почему первоначальному кредитору/цеденту должно быть разрешено получать дважды, в то время как цессионарий не получает ничего. В таком случае цессионарий окажется в еще худшем положении, чем залогодержатель, поскольку, в отличие от случая залога, нет кредита, который цедент должен ему вернуть. То есть по Вранкену свобода кредитора по выбору должника для исполнения ограничивается после распоряжения одним из требований. Причина ограничения - вознаграждение, которое он получил за уступку. Вывод: Проблема актуальная не только у нас, спорят про это до сих пор, Jan B.M. Vranken – наш слон 🤓