Мир пришел к тому, что добровольное уродование лиц постоянными подтяжками и другими косметологическими операциями стало чуть ли не базовым минимумом. В новом эссе автор New York Times Эми Оделл рассуждает о феномене так называемых «богатых лиц». Сейчас мы видим богатые лица с атрофированной мимикой на красных дорожках всех престижных мероприятий от «Оскара» до Met Gala. Однако еще сравнительно недавно мы наблюдали эти лица только в антиутопиях – и там они принадлежали отнюдь не положительным персонажам. В «Голодных играх» скульптурными лицами обладали богатые жители столицы, которые купались в роскоши за счет несчастий бедных дистриктов, а в «Докторе Кто» светская львица из будущего пережила столько подтяжек, что ее растянутое лицо поместили в раму как полотно. Ультрабогатые все меньше скрывают, что они сидят на косметологической игле. Парадокс в том, что они постоянно видоизменяют свои лица не чтобы выглядеть лучше, а чтобы показать принадлежность к элитной, всемогущей клике, которая может действовать в соответствии с иным, недоступным простым смертным набором общественных норм и правил. Раньше для демонстрации статуса использовали дорогие сумочки и коктейльные платья, а сейчас хоть сколько-нибудь состоятельная дама может спокойно вложить в свое лицо несколько сотен тысяч долларов. Простые смертные тоже хотят обладать богатыми лицами. Миллениалы, которые жалуются, что не могут позволить себе жилье, тратят последние деньги на ботокс. Vogue и Allure раньше консультировали читателей о цветах лака для ногтей и дизайнерских сандалиях на весну, а сейчас дают советы, когда стоит задуматься о подтяжке лица. Соцсети только ускорили процесс нормализации косметологии. Один пластический хирург рассказывал, что его пациенты-зумеры делают с ним селфи прямо на приемах, чтобы все подписчики знали о предстоящей операции. Главный вывод эссе – лучше покупать уродские сумочки, чем ходить с уродскими лицами. Мы в MAX